Книга Второй шанс для принцессы, страница 46 – Анна Морская

Секунду — долгую, тягучую, как вечность — он не отвечал. Я почувствовала, как его тело напряглось, как замерло дыхание. И уже начала отстраняться, уже готова была провалиться сквозь землю от стыда и унижения. Но он не дал мне этого сделать.

Кассиан с силой, до боли впился пальцами в мою талию и прижал к себе так крепко и резко, что из легких вышибло весь воздух, и жалкие крохи оставшегося кислорода забрали его губы — глубоко, жадно, всепоглощающе. Его язык ворвался в мой рот, исследуя, требуя ответа, заставляя меня окончательно потерять ощущение реальности.

Кассиан отстранился на миг, но лишь для того, чтобы дать мне вдохнуть, а затем его губы вновь прижались к моим, еще яростнее, еще требовательнее. Я всхлипнула, цепляясь за его плечи, чувствуя, как под пальцами перекатываются напряженные мышцы. В его руках я не чувствовала нежности, только необузданную, почти жестокую страсть, от которой внутри все сжималось в сладком ужасе и восторженном предвкушении.

Его пальцы впились в мои плечи, разворачивая, и я едва успела осознать, что он ведет меня куда‑то, как мы остановились у, казалось бы, сплошной стены.

— Куда… — попыталась спросить я, обернувшись, но он не ответил, в его лице мне не удалось прочесть совершенно ничего.

Его рука скользнула вдоль стены, нащупывая что‑то, и вдруг часть панели бесшумно отъехала в сторону, открывая узкий проход. За ней оказалась небольшая комната, едва освещенная тусклым светом одинокой лампы. Кровать, низкий столик, пара кресел — все строго, без излишеств. Это было место для отдыха между работой, не для жизни.

Я замерла на пороге. Затуманенный разум вдруг прорезала холодная мысль: «Двуединая, что я творю?»

И Кассиан будто услышал ее. Его руки, ужасающе огромные руки с лишними фалангами пальцев, сомкнулись вокруг моей талии, прижимая к себе так крепко, что, когда он чуть склонился, я ощутила, как его дыхание обжигает мое ухо.

— Поздно, Лора, — прошептал он низким, хриплым голосом, от которого по спине пробежала дрожь. — Я давал тебе шанс передумать.

Пальцы Кассиана рванули ворот моего платья — ткань затрещала, поддаваясь его силе, оставаясь легкой болью на коже в местах разрыва. Я инстинктивно попыталась прикрыться, когда ткань упала к моим ногам, но Кассиан быстро перехватил мои руки и резко развел их в стороны.

— Не смей, — опалил сознание его голос. — Ты же этого хотела.

Я пыталась собраться с мыслями, но его прикосновения, его запах, его голос — все сливалось в один непрерывный поток, лишающий воли.

Он дернул пояс моих чулок, разрывая тонкую ткань. Холодный воздух коснулся обнаженной кожи, заставляя меня вздрогнуть, но прежде чем я успела хоть как‑то отреагировать, Кассиан подхватил меня на руки и бросил на кровать.

Матрас прогнулся под моим весом, а он навис сверху, опираясь на локти, так, что его лицо оказалось в сантиметре от моего. И я замерла в полном оцепенении, совсем не жизнетворческой природы, которое оказалось сильнее даже стыда.

— Сначала мы должны кое‑что исправить, — сказал он, проведя рукой вдоль моего обнаженного тела, и создалось отчетливое ощущение, что, контролируй себя чуть меньше, и кожу он бы разорвал так же, как минуту назад платье.

Затем я почувствовала, как в тело вонзились зонды, не мягко и аккуратно, как во время работы над моими артериями. Они меняли что‑то внутри меня — быстро, бесцеремонно, безжалостно.