Книга Проклятие фэйри, страница 68 – Анна Айдарова

И тогда плац ахнул. Беззвучно. От ужаса.

Я думала, я видела его шрамы. В полутьме, прикоснувшись к ним в порыве безумной нежности. Но я не видела. Не так. Не всё.

Старые, серебристые полосы от клинков пересекали широкие багровые полосы — следами, оставшиеся от железных обручей, которые сжимали его каждый день. Увечья, нанесенные предательством, выжженные магией, которые мой хозяин так тщательно скрывал, по прихоти королевы были выставлены теперь на всеобщее обозрение.

Он опустился на колени. Смотрел куда-то за пределы стен, за горизонт, спокойно и даже равнодушно, как будто это все нормально и ничего вообще не случилось.

— Смертная, иди сюда. Встань рядом, я хочу, чтобы ты все видела, — сказала Меривель. — И запомнила, что происходит с теми, кто забывает своё место.

Я повиновалась.

Раз.

Свист. Глухой, мокрый звук, от которого я вздрогнула. Он даже не моргнул. Только скула под левым глазом резко, судорожно дёрнулась. На его спине расцвела первая алая полоса.

Два.

Ещё одна. Чуть ниже. Я впилась зубами в губу так, что во рту расплылся солёный, тёплый вкус крови. Мои пальцы, сжимавшие его плащ, онемели. Я боялась разжать их — боялась, что упаду.

Три. Четыре. Пять.

Удары следовали один за другим. Методично. Без злобы. Почти со скукой. Теперь кровь не просто проступала, текла. Алые ручьи смешивались с потом, стекали по старым шрамам. Мой господин молчал. Рядом со мной Меривель тихо, удовлетворённо вздохнула.

Шесть. Семь.

Его спина превратилась в сплошное кровавое месиво. От силы удара он чуть склонялся вперёд, но тут же, с тихим, прерывистым выдохом, выпрямлялся снова.

Я не могла отвести глаз. Я должна была смотреть. Так приказала королева.

Восемь. Девять.

Его дыхание стало громким. Хриплым, свистящим, как у загнанного волка. Руки он сжимал, что костяшки побелели, сливаясь с цветом кожи.

Десять.

Последний удар — со злым, щелкающим звуком, с подсечкой. Он не удержался. Упал на локти, на мгновение прижав лоб к утоптанному тысячами шагов песку, смешанному с наледью и снегом. Его окровавленная спина поднималась и опускалась в такт хриплому, отчаянному дыханию.

Меривель всё это время наблюдала с лёгкой, заинтересованной улыбкой, будто оценивала игру актёра.

— Достаточно, — сказала она, когда капитан отступил, пряча окровавленную трость. — Лекаря не звать, ни сегодня, ни завтра. Надеюсь, урок усвоен. Теперь и твоя осанка будет… правильной. И твои действия. И помни, кто ты. Кому принадлежишь. Чья ты собственность.

Она повернулась к новобранцам.

— Пусть это станет уроком и для вас, мои юные клинки. При моём дворе нет места ничему, кроме абсолютной преданности. Ни для прошлого, ни для гордыни. Только для службы. Он — ваш пример.

Он медленно, с титаническим усилием, поднялся. Не смотрел ни на кого. Капитан молча протянул ему рубаху. Эйрнан натянул её на себя. Мокрая от крови ткань тут же прилипла к ранам, очертив каждую полосу. Я подняла и подала ему куртку, Он накинул на плечи, скрывая от любопытных глаз следы.

— Продолжайте занятия, — бросила Меривель и махнула рукой, а потом вдруг повернулась ко мне: — А ты, милая, изволь сегодня вечером явиться в покои лорда Каэла и прислуживать ему.

Несколько растерянный взгляд лорда был мне неудивителен. Спонтанное решение королевы для него стало сюрпризом. Меня вот только не удивило. Чтобы королева и обошлась без последнего слова…