Книга Дело жены оборотня, страница 94 – Валентина Елисеева

— Давай, ты перестанешь провоцировать меня на радикальные действия? — прошипела Вэл, трепеща длинным языком меж сверкающих клыков. — Ещё одно слово — и следующее ты произнесёшь высоко в поднебесье, уносимый к чёрту на куличики. И твоя ночь пройдёт в героических попытках дойти пешком до очень-очень далёкой Атланты или выловить попутку, которая вернёт тебя в город не раньше, чем к утру.

— К силе апеллирует тот, кто проиграл битву разумов, — проворчал Тони, но собрание опасных артефактов в сейф сдал.

«Разум как раз утверждает, что защитить саму себя куда легче, чем себя и человека в придачу», — размышляла Вэл, наблюдая из окна кабинета, как хмурый личный помощник выезжает с парковки бизнес-центра. Если её вновь будут поджидать незваные визитёры, ей удобней общаться с ними, не опасаясь кого-то случайно задеть. Люди такие хрупкие, а она успела привязаться к Тони — на личного помощника даже внутренний монстр щерил зубы не всерьёз, а как тигрица на строптивого котёнка.

От сборов в Лос-Анджелес её отвлекла трель телефона.

— Добрый вечер, мама. Как у вас дела? — ответила Вэл на вызов.

— Как обычно. Сама же говоришь, что однажды установившийся modus operandi людей остаётся с ними до конца жизни.

— Под «modus operandi» понимают образ действий преступника, который сохраняется от эпизода к эпизоду его зловещей карьеры и позволяет определить негодяя по «стилю работы».

— Законопослушные граждане тоже вправе иметь свой «modus operandi», и наш с отцом не меняется годами: в рабочие дни мы занимаемся делами, в выходные — жарим барбекю в саду и радостно встречаем детей и внуков. Только ты к нам наведываешься крайне редко. — Нотка укоризны в голосе матери всё-таки прозвучала, хоть она честно старалась её удержать.

— Прости, в этот уикенд опять не появлюсь, у меня срочная командировка. Мама, как человек, хорошо знакомый с твоим образом действий, я точно знаю, что ты позвонила не просто так, а что-то хочешь мне сообщить, — не повелась Вэл на материнские хитрости.

— Кандидатуру твоего бывшего мужа выдвигают на должность мастера Нового Орлеана. Наш мастер объявил о своём желании уйти с поста через пять лет, так что сейчас активировались все кланы и стаи, предлагая на замену своих ставленников: у Иных дела такого рода быстро не решаются. Твой супруг раньше не блистал белоснежной репутацией, но после вашего бракосочетания он сильно изменился — это все успели заметить и признать. И ты знаешь, после вашего расставания он вовсе стал другим человеком. Впрочем, о чём я: ты, конечно же, это знаешь… — Мать услышала скрежет зубов дочери и быстро договорила: — Словом, все Иные нашего города давно уверовали, что благотворные изменения, произошедшие с твоим мужем, — явление не кратковременное, и во всей Луизиане отыщется немного Иных, к которым всё сообщество ИГР относилось бы с таким уважительным пиететом, как к твоему мужу.

— Да, он наконец-то стал таким, каким его всегда мечтал видеть его отец, — тихо согласилась Вэл и спохватилась: — К моемубывшемумужу, мама!

— Да-да, конечно бывшему. Знаешь, нам, седому старшему поколению, всегда забавно слышать, как серьёзно рассуждают дети о том, какими их желают видеть родители. Милая моя, родители желают видеть своих детей здоровыми, уверенными в себе и довольными жизнью, а вовсе не политиками в костюмах и не солидными банкирами при больших деньгах. Так я к чему разговор завела: всем кандидатам на пост мастера города намекнули, что предпочтение будет отдано семейному человеку.