Книга Приключения в междумирье. Ошибка бабушки, страница 114 – Валентина Елисеева

— И в этой глупой человечке ты разглядел истинный ум, доброту и душевность, Амирелоноделисталиэль? – с сарказмом произнес новый голос, а стоящие перед Верой хранители расступились и пропустили вперед очень старого демона.

Демон был седым, прямым, как палка, и высохшим, как старое полено. Черные витые, загнутые назад рога, более крупные, чем у Квазика, эффектно поднимались из прядей побелевших от старости волос. Длиннющие большие глаза были черно-багрового цвета и порою вспыхивали яркими алыми огоньками. На первый взгляд Вера отнесла этого демона к афро-хранителям, но потом поняла, что исконный его облик был бледнолицым, а белый цвет исчез под вязью черных заклинаний. Во всем другом этот хранитель мало чем отличался от Квазика.

— Позволь представить тебе ильмиру моего рода, Старейший, – уважительно обратился к седому Квазик.

— Здравствуйте, – вежливо отозвалась Вера и была удостоена снисходительного кивка, как собачка, верно выполнившая команду.

«Ага! Это тот самый умнейший и старейший, а еще – страшнейший демон в Элеоре, – догадалась Вера. – И чего Квазик так переживает о грядущих изменениях во внешности? Не такие они и глобальные, я тоже в старости свежей ягодкой не буду. Гм, а ведь наши старости не совпадут: мне сколько лет осталось? А ему?! Интересно, мне двадцать пять лет только на вид или по факту тоже? И сколько раз можно так «омолодиться»? О, есть связь с лингвой! И ответ есть: тело можно омолаживать сколько душеньке угодно, а смерть наступит, когда окончательно утомится от жизни мозг. А когда он утомится??? У всех по-разному? Гм-м-м…»

Отвлекшись от размышлений о нескорой своей старости, Вера услышала обрывок давно начавшегося разговора:

— Я уверен, что это было душевное тепло, – настаивал Квазик.

— Это было инфракрасное излучение, – холодно возражал Старейший.

О чем это они?

— Микроскопическая доля простого теплового излучения никак не объясняет, почему мои серьезные ранения исчезли за пару секунд, – сказал Квазик, а Вера вспомнила, как после боя с кронтами прямо у нее на глазах темная кровь перестала течь из ран хранителя, а сами раны затянулись и бесследно исчезли. – При прикосновении Вера передала мне не только энергию инфракрасного излучения, но и энергию своей души, потому и ускорилась регенерация.

Он думает, что она излечила его раны одним своим прикосновением?! Тем, что погладила его по руке и хвосту?! Вера ошеломленно покрутила в руках кисточку от хвоста Квазика, которую так и не отпустила после появления первых хранителей. Квазик зашипел и выдернул свой хвост из рук Веры. Ну и ладно, если пациент не хочет лечиться – не будем настаивать. Нет, он действительно думает, что она обладает такими целительскими способностями?!

— Возможно, раны были не так значительны, а у нас и без дополнительной подпитки отличная регенерация, – ответил Старейший, но в голосе его уверенности не было.

— Не слишком ли много предположений? Мы уже говорили об этом, Старейший, и лично у меня одна версия, которая все объясняет: Вера – человек с живой, чувствующей душой.

На Вере скрестились взгляды всех четырех хранителей. Бедные звери в зоопарках – как им тяжело постоянно выносить такое пристальное внимание к себе! Вера ощущала себя ярмарочным уродцем, выставленным на потеху публике. Захотелось самой на себя взглянуть и понять, что они углядеть пытаются. Душу выискивают? Так это субстанция невидимая и трудно диагностируемая в организме. Вера, как бывшая пионерка, и вовсе считала, что вопрос наличия у человека души – вопрос спорный, а вот наличие воспитания – вопрос очевидный и бесспорный: наличие воспитания видно невооруженным глазом. Демоны сейчас показывали себя невоспитанными хамами, но к этому она привыкла.