Книга Когда поёт Флейта Любви, страница 73 – Анна Кривенко

Господи! Прости меня! Сделай так, чтобы Табо смогла все забыть и была счастлива! Господи, быстрее бы прийти к Тебе!..

Прошло два года…

Михаэль Бернс, молодой, высокий шатен с ярко-голубыми веселыми глазами, вышел из почтового отделения в своем городке под названием Борневилль. Девушки, неспешно прогуливающиеся по улице, бросали на него заинтересованные короткие взгляды и заговорчески что-то шептали. Все в городке знали, что Михаэль был самым завидным и самым красивым женихом во всей округе. Его семья была очень состоятельной и владела несколькими фермами, а также предприятием по изготовлению колючей проволоки, что на тот момент считалось едва ли не самым выгодным бизнесом во всей стране. Их дом отличался огромными размерами и был огорожен высоким каменным забором.

Михаэль галантно приподнял шляпу с короткими полями, приветствуя смутившихся дам, а потом уверенным шагом отправился по магазинам, собираясь прикупить подарков для своих домочадцев.

В его доме проживало немало родственников и гостей: его родители — Джордж и Амелия Бернс, брат по имени Лукас, двоюродные сестры Марианна и София, несколько дальних родственников из Канады, дорогая бабуля Флоранс, а также ее подопечная Анита Хоффман.

Михаэль невольно улыбнулся, вспомнив красивую молчаливую девушку, которая давно покорила его своей загадочностью и потрясающе кротким нравом. Покупая в одном из магазинов дорогое платье, он вспоминал, как впервые встретил ее два года назад в соседнем городке.

Это было потрясающе! Они с бабулей Флоранс ненадолго приехали в тот город решить некоторые вопросы с наследством, и шли по улице, прогуливаясь и строя планы на ближайшее будущее. И тут появилась она: яркая статная индианка в традиционном платье с бахромой, медленно управляющая пятнистым индейским мустангом. Ее осанка была такой величественной, а движения такими уверенными, что Михаэль был ею сражен на месте.

Но что здесь делает дикарка в разгар войны с апачами? Прохожие также оборачивались на нее и испуганно перешептывались. Но вдруг бабуля Флоранс сорвалась с места и резво подскочила к необычной девушке.

— Анита! — воскликнула она, удивив Михаэля еще больше.

— Бабуля Флоранс! — воскликнула в ответ индианка на чистейшем английском, и Михаэль совершенно потерял дар речи. Девушка соскочила с лошади и крепко обняла бабулю. И только сейчас Михаэль обратил внимание, что ее кожа не так уж и смугла, а волосы, хоть и темны, но без характерного для индейцев синеватого отлива.

Бабуля Флоранс повернулась к внуку и поспешила представить ему удивительную незнакомку:

— Михаэль, это Анита Хоффман, я уже рассказывала тебе о ней, помнишь? Анита, — обратилась она к девушке, — это мой внук Михаэль.

Михаэль приподнял шляпу, а Анита безэмоционально кивнула. Он вспомнил это имя: бабуля очень любила рассказывать о жителях своего родного городка, и трагическая судьба хорошенькой Аниты Хоффман давно запечатлелась в его памяти. Так это она настоящая? Михаэль почувствовал, что его начинает распирать невероятное любопытство. Но почему она так странно одета? Она жила у индейцев?

С этим же вопросом к Аните обратилась и Флоранс.

— Дорогая, почему ты в этом странном наряде? Мы уж приняли тебя за дикарку!

Ответ девушки был коротким и где-то сдержанно-печальным: