Книга Отсюда не выплыть, страница 176 – Лорет Энн Уайт

— Мы должны вернуться, Хлоя.

Хлоя сидела в допросной полицейского управления Большого Ванкувера. За столом напротив сидели детективы Хейверс и Педерсен.

Рядом с ней устроилась на жестком казенном стуле адвокат Саманта Чанг, которую власти провинции предоставили Хлое в рамках государственной программы бесплатной юридической помощи.

Минуту назад Хлоя добровольно передала следствию свой мобильный телефон, и теперь полиция получила в свое распоряжение фотографии, которые она сделала в доме Спенглеров. У нее забрали также туфли и одежду, а вместо них выдали толстовку и спортивные брюки, которые были ей коротки.

Перед допросом Хлою дактилоскопировали и сфотографировали и ее саму, и все ее раны и повреждения – включая разрезанную ладонь и след от иглы на плече. У нее также взяли на анализ кровь, соскобы из-под ногтей и несколько волосков.

Все процедуры заняли довольно много времени, и теперь Хлоя чувствовала себя пришибленной. Она даже начала сомневаться, правильно ли поступила, когда послушалась Ставроса и вернулась в Ванкувер, чтобы обратиться в полицию. Хлоя, быть может, и не стала бы этого делать, поскольку не чувствовала за собой никакой вины, но ей хотелось побольше узнать о своем отце. В любом случае сейчас она оказалась здесь, и менять что-либо все равно было поздно.

Допрос начался.

Хейверс официально уведомила ее, что вся процедура будет записана, и Хлоя, бросив взгляд на видеокамеру в углу под потолком, невольно подумала о том, кто еще – и из каких мест – за ней наблюдает. Эта мысль заставила ее занервничать, и она поспешила спрятать руки под стол, чтобы копы не видели, как она то стискивает, то разжимает кулаки.

Интересно, куда делся голос матери у нее в голове?.. Почему он молчит именно сейчас, когда помощь и совет нужны ей так сильно? Возможно, впрочем, дело было в том, что теперь Хлоя даже не знала, кто ее мать – Рейвен Купер или Дженни Смит. Она, однако, твердила себе, что все будет хорошо, – ничего другого ей просто не оставалось. То же самое говорил ей и Ставрос, который обещал ждать Хлою на улице. Кроме Ставроса у нее был еще Броуди, остававшийся сейчас у Георгия Василиу. Иными словами, она была не одна, а значит, переживать ей действительно не стоило. В конце концов все непременно разъяснится – так или иначе.

Детектив Хейверс включила ноутбук и развернула так, чтобы Хлоя могла видеть экран.

— Скажите, мисс Купер, это вы?

На экране проигрывался ролик, снятый, по всей видимости, камерой наблюдения. На нем Хлоя, нервно озираясь и прижимая к себе огромную папку-портфолио, входила в «Галерею Бергсон».

Хлоя кивнула.

— Не могли бы вы говорить вслух? Это необходимо для записи, – сухо сказала Хейверс.

— Да, это я.

— Время съемки проставлено в правом нижнем углу ролика. Судя по всему, вы вошли в галерею в 18:02. Это верно?

— Да, – снова сказала Хлоя. Адвокат рекомендовала ей, насколько возможно, ограничиваться простыми «да» или «нет».

— Вскоре после этого вы вместе с Глорией Бергсон перешли из выставочного зала в заднюю комнату, где размещается багетная мастерская, – проговорила Хейверс, показывая на экран.

Что касалось Педерсена, то он молчал, пристально следя за выражением лица Хлои, и она решила, что детектив пытается угадать, когда она лжет, а когда говорит правду. А может, он хотел понять, какие именно вопросы являются для нее самыми неприятными, чтобы, нащупав такую болевую точку, тут же вмешаться в допрос и попытаться развить успех. В общем, ничего нового, подумала Хлоя с усмешкой. Старая добрая игра «хороший полицейский – плохой полицейский». Что-то подобное она не раз видела в детективных телесериалах.