Онлайн книга «Отсюда не выплыть»
|
Хлоя почувствовала, как кровь отхлынула у нее от головы. В ушах зазвенело, стены комнаты закачались, и откуда-то очень издалека донесся голос ее матери, всю жизнь говорившей с британским акцентом: «Беги, Зоуи! Прячься! Быстрее, Зоуи! Он идет! Полезай сюда, в маленькую пещеру! Здесь он тебя не увидит!» Выскочив из постели, Хлоя ринулась к телевизионному пульту на столе. О том, что Ставрос увидит ее короткие толстые ноги и старые трусы, она больше не думала. Нащупав нужную кнопку, Хлоя с силой нажала на нее, прибавляя звук. Реклама закончилась, и по телевизору снова показывали новости. Попятившись, Хлоя рухнула на диван и стала смотреть, как миловидная репортерша беседует с ведущим в студии. «Это действительно сенсационная новость», – говорил ведущий. «Вы совершенно правы, – согласилась журналистка. – Полиция начала внутреннее расследование, пытаясь установить, каким образом сведения о совпадении образцов ДНК просочились в СМИ, но, если эта информация соответствует действительности, убийство в галерее проливает свет на вопрос, который уже давно интересует прессу: что стало с дочерью серийного убийцы Роберта Отэна, которая исчезла из поля зрения средств массовой информации вместе с матерью, Дженни Смит, после того как та дала в суде показания против своего похитителя. По некоторым сведениям, и мать, и дочь были включены в федеральную программу защиты свидетелей, и журналистам так и не удалось напасть на их след. Согласно газетным отчетам того времени, Дженни Смит осмелилась бросить вызов Роберту Отэну только ради дочери, о чем она сама неоднократно заявляла журналистам. По ее словам, если бы не ребенок, она бы вряд ли нашла в себе мужество совершить побег. Дженни Смит была буквально одержима идеей спасти ребенка от серийного убийцы и насильника; всей душой она стремилась дать дочери возможность жить нормальной жизнью, обеспечить ей безопасное будущее. Как говорила сама Дженни, дочь была единственным, что давало ей силы к сопротивлению, поскольку Роберт Отэн подавлял своих жертв не только физически, но и психологически. Маньяк держал под жестким контролем буквально все аспекты ее жизни в плену: он один решал, что ей есть, сколько спать, сколько гулять, когда принимать пищу, что читать и даже как часто справлять нужду. Любой намек на непослушание жестоко карался, и Дженни очень боялась разозлить своего тюремщика». В студии за спиной ведущего возникла огромная фотография, на которой был изображен довольно привлекательный мужчина с блестящими черными волосами и светло-голубыми глазами. Чуть ниже появилась надпись:
Потом портрет Отэна исчез, и на стене студии появился старый зернистый газетный снимок: худая как щепка, растрепанная, босая женщина в рваном платье прижимает к себе исцарапанными руками испуганного ребенка, а санитар «Скорой» пытается закутать обеих в одеяло.
Хлою затрясло. Она смотрела на Ставроса, но не видела его. Никаких слов у нее не было, а если бы и были, она бы все равно не смогла издать ни звука. |