Книга В лабиринтах дождя, страница 44 – Оксана Ласовская

— З-здравствуйте! — пробормотала я, принимая вертикальное положение. — А вы кто?

— Это я кто? — всплеснула руками женщина. — Нет, ну это же надо! Это ты кто такая и что здесь делаешь?

— Сплю, — глупо улыбнувшись, ответила я, судорожно поправляя на плечах футболку и подхватывая штаны рукой, чтобы они не сползали.

— Спит она! — рявкнула женщина, глаза её блестели откровенной злостью. — Вижу, не слепая! Как ты здесь оказалась?

— Меня Лёша пустил, — откровенно ответила я. — Меня Наташа зовут.

— Ишь ты, сердобольный! — сердито буркнула женщина и, перейдя комнату, уселась на стул у письменного стола. — Пускает всяких и уходит! И деньги наверняка с собой не забирает! Ничего не боится!

— Что вы такое говорите, я не воровка! — возмутилась я. — Лёша ушёл в больницу к отцу, обещал скоро прийти.

— Ты что, девушка его, что ли? — настороженно осведомилась женщина, окинув меня оценивающим взглядом.

— Нет, что вы, — против воли вздохнула я.

— Ну да, глупый вопрос! — хмыкнула женщина. — Ты, скорее, на бомжиху похожа! Морда вон вся в синяках.

— Не надо меня оскорблять! — разозлилась я. — Я под машину попала и в больнице лежала, потому и синяки!

— Угу, по пьяни, видать, попала! — фыркнула женщина, грузно поднимаясь и отправляясь на кухню.

Скрипнув зубами от злости, я всё же промолчала. Ссориться с Лёшиной родственницей мне совершенно не хотелось. Кстати, кто она ему такая, неужели мать?

— Простите, а вы Лёше кто? — поинтересовалась я, входя следом за ней на кухню. — Мама?

— Тётя я его, — сообщила женщина, пуская воду и начиная мыть посуду. — Лариса Анатольевна.

— Очень приятно, — машинально кивнула я.

— Ну да, конечно! — хохотнула Лариса Анатольевна. — Тебе безумно приятно, в общем, как и мне!

Я опять промолчала, присев на стул и не зная, что делать дальше. Хоть бы Лёша скорее пришёл!

— Боже, что это?! — неожиданно взвизгнула женщина.

— Где? — вздрогнула я.

— Вот! Вот это! — ткнула пальцем в Мерса Лариса Анатольевна.

— Кот. Мерс, — улыбнулась я.

— Почему он в бинтах? — перекрестилась женщина.

— На него собаки напали, теперь мы его лечим.

— Господи, да мой племянничек совсем с ума сошёл! — взвизгнула Лариса Анатольевна. — Открыл у себя приют для сирых и убогих! Я всегда знала, что он дурак!

— Да почему вы всех обзываете? — окончательно вышла из себя я. — Лёша хороший, добрый, отзывчивый человек!

— Что здесь происходит? — раздался голос от двери. Я обернулась и увидела Лёшу. Он переводил удивлённый взгляд с меня на свою тётю, а я залилась краской, поняв, что он слышал мои последние слова.

— А что тут происходит? — вскинула брови Лариса Анатольевна. — Ты пускаешь в квартиру кого ни попадя, всяких бомжих и калеченых котов, а они потом оскорбляют твоих родственников.

— Ну это уже слишком! — вспылила я и бросилась одеваться.

— Наташ, подожди! — крикнул мне вслед Лёша и сделал шаг к тёте. Я не слышала, что он говорил ей, да меня это особо и не волновало. В конце концов, почему я должна терпеть такое к себе отношение и чувствовать себя приживалкой? У меня есть собственная квартира, где никто не посмеет меня оскорблять.

— Наташа, стой! — вышел из кухни Лёша. — Пожалуйста, останься. Не надо принимать всё так близко к сердцу.

— Я её не оскорбляла, я ей слова плохого не сказала! — принялась оправдываться я. — Это она меня бомжихой величает! И о тебе, между прочим, не лучше отзывается!