Книга Под сенью омелы, страница 107 – Александра Миронова

Аля почувствовала, как голова у нее пошла кругом. Получается, в результате всех этих убийств бизнес окажется в руках у Катерины, которая в нем ничего не понимает. Если за ней не стоит никакой злой гений, то под Катькиным руководством бизнес очень быстро загнется. Возможно, именно этого и добивается убийца? Но зачем ему это нужно? Могут ли у него быть другие мотивы, кроме материальной выгоды? А если эти друиды – не такой уж и бред? Пожалуй, ей стоит изучить эту версию поподробнее, чтобы потом от нее отказаться. Проблема была лишь в том, что ей категорически не хватало знаний. Ресурсы интернета она использовала по полной, пришло время обратиться к экспертам.

У мамы был перерыв в работе, о чем извещала табличка на двери. Иногда она закрывала аптеку днем на несколько часов, чтобы поработать над новыми лекарствами, которые она сама готовила в небольшой лаборатории, находящейся в глубине аптеки. Вход в лабораторию был разрешен только самой владелице и ее дочерям.

Несмотря на табличку, дверь аптеки оказалась открыта. Аля вошла, закрывая за собой дверь на замок, и прошла в небольшой коридор, из которого две двери вели в хранилище, где мама в специальных условиях берегла лекарственные травы, отвары и сборы, и в лабораторию, где создавались лекарства.

Маму она застала в лаборатории, которая охранялась не только несколькими решетками, но и мощной сигнализацией. За эту часть маминой жизни Аля была спокойна. Она позвонила в звонок, находящийся возле двери, и через несколько секунд дверь распахнулась. Анна принялась открывать замки на решетках, впуская дочь.

— Аля? – Мать была удивлена, снова увидев дочь. Впустив ее, она поспешно направилась к старинному антикварному столику и принялась что-то отмерять на таких же старинных весах, которые Аля считала страшной глупостью. Грамм туда, грамм сюда, и человек отправится на встречу с почившими родственниками. Гораздо разумнее было использовать весы электронные, но мать была привязана к изящным старинным вещицам и на Алины увещевания не обращала внимания. Каждый раз неизменно отвечая, что когда Аля станет хозяйкой аптеки, то тогда сможет переделать в ней все по своему усмотрению.

— Ключи от дачи забыла взять, – невинно пояснила Аля, оглядывая большое помещение, уставленное старинной аптечной мебелью, напоминавшей картотеку. Многие надписи на небольших шкафчиках были на латыни, Аля помнила их наизусть, потому что в детстве иногда проводила здесь время, играя в собственные игры, пока мама занималась своими делами. Salvia officinalis, Alpinia officinarum Hance, Camellia sinensis, Convallaria majalis и сотни других, Аля и сама не могла ответить на вопрос, зачем она все это помнит. Видимо, латынь в ее случае впиталась с молоком матери.

— Возьми у меня в сумке в боковом кармане. – Мама никогда бы не сказала дочери, что ей не до нее, но всем своим видом показывала, что сейчас к разговорам не расположена – у нее были другие дела. Сейчас она была погружена в волшебство.

Аля невольно залюбовалась. Мать действительно можно было принять за ведьму, над которой годы были не властны. Стройная, красивая, сосредоточенная, наполненная светом, присущим людям, которые нашли свое призвание в жизни. Она доставала из многочисленных баночек разные порошки и уверенными жестами смешивала их на весах, строго следя за дозировкой. Момент был идеален.