Книга Под сенью омелы, страница 47 – Александра Миронова

— Аля! – Мама, поливающая чудовищные монстеры, которые, казалось, скоро захватят всю аптеку, буквально зажглась при виде дочери. Отставив лейку в сторону, она подошла к ней и обняла. Ей даже не пришлось ничего спрашивать. Окутанная материнским теплом Аля, вдохнув знакомый с детства запах лаванды, моментально разрыдалась.

Спустя пять минут они сидели в материнском кабинете, где в клетках щебетали птицы, повсюду стояли растения с блестящими листьями, создавая антураж тропического сада, а Аля пыталась успокоиться с помощью очередного чудодейственного отвара, который мама сунула ей в руки. Анна присела рядом с дочерью прямо на пушистый ковер и положила теплую руку на Алину ногу. Она заставила дочь снять обувь и теперь медленно массировала ее ступни, нажимая на нужные точки.

— Аля, ты совершенно точно не виновата в смерти Володи, – проворковала она.

— Он же хотел как лучше! А я, дура, поссорилась с ним, перестала общаться. Он ведь в тот день, когда его убили, хотел со мной помириться, а я… – наконец-то Але удалось это сказать, и ее сотрясла очередная волна рыданий.

— Милая, ты же знаешь, что на самом деле ты никогда на него и не злилась. Ты злилась на себя и на болезнь. На себя – за то, что не уберегла Рому, на болезнь – за то, что та выбрала именно его. А Володя… Володя просто стал тем, на кого ты излила от бессилия свой гнев. И он это знал. Был уверен, что вы помиритесь. Он же частенько приезжал ко мне, чтобы узнать новости про тебя и про Рому.

— Он был очень добрым, – Аля безуспешно пыталась вытереть слезы.

— Конечно, милая. И лучшее, что ты сейчас можешь сделать, – это перестать заниматься самокопанием и уничтожать себя. Володе этого бы не хотелось.

— Я еще Роме не сказала… – Аля сделала большой глоток отвара, чувствуя, как постепенно внутреннее напряжение отступает и ее мысли замедляют бег, сердце переходит с бешеного ритма на спокойный и ровный, тревога отпускает. Все-таки поездка к маме была ее лучшим решением за последнюю пару дней.

— Милая, а по поводу Ромы… Неужели нет никакой надежды? – с грустью спросила Анна. – Ты не представляешь, как мне жаль, что я ничем не могу помочь.

— Вообще можешь, – шмыгнула носом Аля, делая глоток и чувствуя, как пружина внутри расслабляется и становится возможно дышать. – У Ромы закончились те травы, что ты давала, могут снова начаться боли по ночам.

— Я дам новые, – с готовностью кивнула Анна, – сделаю чуть сильнее, чтобы сон наладить.

— И еще, – запнулась Аля, но тут же вспомнила, что юлить перед матерью нет никакого смысла. – Я хочу продать квартиру, чтобы повезти его в Германию или в Швейцарию, доктор сейчас нам ищет клинику. Мы можем временно пожить на твоей даче?

— Да, конечно, милая, – кивнула Анна, – конечно, можешь. Сколько денег вам нужно?

— Нет, мам, пожалуйста, – запротестовала Аля, – я не буду брать у тебя деньги.

— Вот уж глупости, конечно, будешь, – решительно прервала ее Анна, оставляя правую ногу дочери в покое и принимаясь за левую. А Аля вдруг почувствовала, как у нее начинают слипаться веки.

— Я не знаю, – сникла Аля. – Врач обещал узнать стоимость лечения.

— Как только узнает, скажешь мне, – спокойным и ровным тоном приказала мать.

— Нет, мам, – Аля попробовала покачать головой, в глубине души понимая, что эту битву она уже проиграла.