Книга Синдром, страница 152 – Катори Ками

А проснулся один. Не открывая глаз, Ирвин пошарил по кровати — да, не показалось. Брендон уже встал. Ирвин повернулся на другой бок, намереваясь подремать, пока Брендон и Боб вытрясают пыль из боксерских груш, но что-то не давало снова уснуть.

Была какая-то неправильность во всем этом. Вчера Ирвин был слишком занят, чтобы понять, но теперь память методично подбрасывала один эпизод за другим: как Брендон смотрел на него, как бесконечно прикасался, как что-то беззвучно шептал. А потом зажмурился, когда щелкнул замок варежек.

Остатки сна слетели с Ирвина. Он встал, поморщившись от чувства скованности в шее, надел халат. Ни в какой спортзал Белл не пошел. Не стоило искать его ни в ванной, ни на кухне.

— Не вздумай! — взмолился Ирвин, шагая по коридору. Постель была еще теплая, он должен успеть.

Брендон сидел на своей кровати. Рядом лежали собранный рюкзак и расстегнутые варежки.

Увидев Ирвина, Белл приветственно кивнул ему и протянул заранее подготовленную бумагу.

— Нет! — решительно сказал Ирвин, пробежав глазами несколько скупых слов, написанных на листе. — Даже не думай, что свалишь вот так запросто! — он сел на кровать рядом с Беллом, схватил его за плечи, разворачивая лицом к себе. — Назови цену, и мы продлим контракт. Моего личного бодигарда, тренера, да хоть кого угодно. Я тебя не отпускаю!

Брендон внимательно на него посмотрел и потянул бумажку на себя. Вытащил из рюкзака карандаш и быстро написал ниже уже написанного:

“Что ты хочешь, чтобы я делал?”

— Для начала вернулся в кровать и трахнул меня еще раз, — Ирвин обнял Брендона за талию. — А потом следил бы, чтобы меня не угрохал еще какой-нибудь псих, играл в шахматы и Го, тренировался с Бобом и говорил, что я читаю совершеннейшую чушь, — взял лицо Брендона в ладони. — Я хочу, чтобы ты остался со мной.

Вот так. Просто, легко и естественно, как дышать. Ирвин запретил себе даже мечты о том, что однажды в его жизни появится человек, кого захочется пустить себе под кожу, чье общество не будет надоедать. И чуть не пропустил, когда это случилось.

Брендон помедлил пару секунд, а потом написал всего одно короткое слово. Ирвин выхватил у него бумагу и смял ее в кулаке.

— Не верну! — выдохнул он, повторяя упрямые слова самого Белла. Вот только речь шла уже не о деньгах. — Тебя не верну!

Брендон усмехнулся, забрал из его руки скомканный листок, тщательно его развернул и показал Ирвину.

“Ок”, — было написано на нем.

Рассмеявшись от навалившегося чувства облегчения, Ирвин сгреб Брендона в охапку и поцеловал, совершенно забыв о пораненной губе.

Белл приобнял его, погладил по спине, а потом очень хрипло, натужно прошептал:

— Скажешь, когда уйти.

Ирвин обнял его, со всей силы прижимая к себе. Не стал говорить о том, что никогда этого не случится: увы, жизнь разводит, казалось бы, неразделимые пары — и без разницы, что у них за плечами не один десяток лет. Да это, наверное, и не было нужно — лучше не заглядывать в будущее, а жить настоящим.

— Завтрак? — спросил Ирвин целую вечность спустя. — Или вернемся в постель? Я не шутил насчет того, что теперь ты будешь меня трахать, — прошептал в ухо Брендона. — Да, я ленивая задница и люблю, когда трудятся надо мной, а не я вкалываю.

Белл насмешливо на него покосился и написал: