Книга Новобранцы холодной войны, страница 88 – Ирина Дегтярева

Ночь перед выездом Мансур не спал, размышляя, как избежать убийства полицейских, если во время разведки случится прямое боестолкновение. Вырисовывалась тупиковая ситуация. Он понял теперь во всей полноте, каково пришлось отцу, внедрившемуся в одно из подразделений ИГИЛ и принимавшему участие в боях вместе с головорезами черного халифата против правительственных войск Сирии.

В соседней комнате богатырски храпел Секо, которого вообще сложно чем-то вывести из себя. Только Кинне это удается, когда она с милым выражением лица напоминает, что они живут в современном мире и она имеет такое же право воевать за свое будущее. Так она поддевала его в Марселе за общими трапезами в ресторане. При этих словах Секо багровел и сжимал огромные кулаки.

Все пошло сразу не по плану, едва они прибыли в Мардин, город, с которым у Мансура и без того были плохие ассоциации. Там погибла Зарифа, и отца ранило, еле ноги унес.

Припарковались на соседней улице около конспиративной квартиры РПК на микроавтобусе, стареньком «Форде» с довольно сильно проржавевшими бортами. В машине сидели только двое. Третий пошел на разведку. Еще троих высадили перед въездом в город. Шестеро мужчин в одной машине непременно вызвали бы подозрения.

Конспиративная квартира оказалась провалена. Это стало понятно, когда сходивший туда для проверки парень из группы вернулся бледный и напуганный и сообщил, что крышечка на висящем на двери почтовом ящике плотно закрыта, а должна была быть открыта. Разумеется, имелся запасной вариант, однако Мансур среагировал сразу же и категорично:

— Уматываем обратно. Нет гарантии, что хозяин квартиры не сообщил о нашем прибытии. Он ведь нас ждал. О группе знал. А раз так, из него признания выбьют, надеяться на его стойкость я бы не стал.

— Он не знает адрес второй конспиративной квартиры, — возразил уже немолодой курд, напоминавший морщинами Бахрама. — Поэтому там можно отсидеться.

— Если взяли одного, обнаружили первую квартиру, то найдут и вторую — дело времени. К тому же вся полиция в городе стоит на ушах из-за операции в горах Кандиль. Унести бы ноги. Крутиться около полицейского участка не стоит. У них наверняка усилены посты, и участок они охраняют, может, с пулеметом. Мы бессмысленно просидим здесь несколько недель. А толку? Надо валить, пока есть возможность, но боюсь, что ее уже нет.

В подтверждение его слов около здания полиции, мимо которого они проезжали, увидели стоящую за клумбой с цветами «Кобру» — бронемашину на высоких колесах и с пулеметом, спрятанным на крыше машины за бронещитком.

— Вот! — зло сказал Мансур, чувствуя, как кровь резко отлила от лица. — Не вертите головами. Надо сейчас подобрать остальных и мотать отсюда как можно быстрее. Напиши им и скинь геопозицию. Подождем здесь.

Мансур, сидевший за рулем, припарковал «Форд» в глухом переулке, спрятав его так, что с большой улицы он не заметен, видимость перекрывал бетонный заборчик с осколками стекла, рассыпанными поверху.

В этой самой машине с турецкими номерами, подогнанной специально для их группы к месту выхода с гор по одной из тайных троп, лежали два заряженных телефона с местными СИМ-картами. По ним две части группы и списывались, используя один из мессенджеров.

Через пятнадцать минут появился первый из троих курдов. Мансур заметил его в зеркале заднего вида. Следом в отдалении метров в триста шли еще двое.