Книга Операция «Пилот», страница 113 – Ирина Дегтярева

Савойский посмотрел на него скептически.

— Я, по-вашему, должен ему нож к горлу приставить? Он вот так вот возьмет мне и все выдаст? Может, вы заветное слово подскажете? Я уж не говорю о том, что действовать мне придется в открытую, засветиться. Как объяснить мой интерес к этой щекотливой проблеме?

— Слишком много вопросов, — покачал головой собеседник. — Вы лучше знаете обстановку на месте. Сориентируетесь. А что касается работы в открытую, то, во-первых, не стоит подключать третьи лица, а во-вторых, надо повести дело так, чтобы Тарасов не захотел никому о вашей заинтересованности что-нибудь рассказывать. А уж как вы это исполните — решать вам. У вас карт-бланш.

Бизнесмен закатил глаза к голубому израильскому небу, подумав обреченно, что его везение вдруг отказало ему, когда он наткнулся на непреодолимый барьер в лице той женщины и российской разведки. «Карт-бланш… — мысленно проворчал он. — Это то же самое, что дать карт-бланш приговоренному к смерти, ведь столько способов лишения жизни — виселица, расстрел, электрический стул…»

Первым делом в Киеве Савойский вызвал к себе Давыдова — посредника, о котором он упоминал и в разговоре со связным. Они сидели в доме бизнесмена, пили коньяк, когда Савойский ошарашил Давыдова:

— Тарасов. Я знаю, что именно он в ГУР имеет доступ к документации по оружию и является твоим партнером по торговле. Погоди! — Он заметил, что Давыдов пытается встать с кресла с возмущенным круглым, раскрасневшимся от коньяка лицом. — Я не планирую избавиться от твоего посредничества. Меня все устраивает. И платить я буду, как и платил. Мне необходим человек, который сможет улаживать тут дела, пока я в Израиле. Это ты!

— Тогда зачем вы заговорили о Тарасове? — Давыдов плюхнулся обратно и подлил себе коньяку.

— Мне нужно с ним встретиться, только для того… — Он посмотрел строго на Давыдова, снова попытавшегося подняться. Тот сел. — Это мое дело вообще-то, но скажу, если тебя это успокоит. Надо понять перспективы подобного сотрудничества, во-первых, а во-вторых, это все-таки не твое дело.

— А если он сам с вами не захочет встречаться?

— Постарайся, чтобы захотел. От этого зависит твой гонорар и бонусы за усердие.

Савойский хлопнул пухлый желтый конверт на журнальный столик перед Давыдовым.

— Это аванс.

Проведя бессонную ночь в своем киевском доме накануне встречи с Давыдовым, Савойский понял, на что рассчитывала российская разведка, получив в его лице подобие агента (на полноценного агента он, очевидно, не тянул и сам это осознавал). Привлекло его положение в украинском обществе, в околоправительственных кругах. И деньги. Савойский всегда умел с ними обращаться: куда дать, кому дать, сколько дать, чтобы получать, получать и получать. Без снисхождения, без сожалений, без сочувствия, без чего бы то ни было, что способно помешать приходу долларов и евро в его карман. А значит, Тарасова он должен рассматривать в таком же ракурсе. Как купить, чтобы выхватить выгоду. Разведка не разведка, все одно — люди, а где люди, там деньги. И чем высокопоставленнее люди, тем больше денег и больше прибыли.

Тарасов согласился увидеться без всяких если. Он как разведчик привык из любой встречи извлекать информацию. Рассчитывал и теперь. Через Давыдова — бывшего гуровца, сотрудника его отдела — ему передали приглашение на выбор: либо в ресторан, один из лучших в Киеве, либо в особняк Савойского. Он согласился приехать домой к Савойскому, решив, что пообедать в ресторане с такой заметной личностью для военного разведчика означает непозволительное привлечение к себе внимания.