Книга Под наживкой скрывается крючок, страница 96 – Ирина Дегтярева

Кроме того, вынося дискету из «секретки», она совершила преступление, рассчитывая, что, раз муж начальник, то ему-то можно. «Сам же торопил, — со слезами подумала она, сильно испугавшись задним числом. — Он мне сейчас голову оторвет. Да еще и с работы выгонит. С него станется…»

Руденко с ней обычно не церемонился в том, что касалось работы. Она от него в личное дело уже получила кучу выговоров и очень долго ждала присвоения звания капитана, которое он, несмотря на очевидный ущерб семейному бюджету, задерживал.

Но Алексей не спешил устраивать казнь над легкомысленной Динкой. Ему самому не терпелось посмотреть расшифрованный файл. Он решил, что прочтет его и сам отнесет обратно в посольство, благо жили они недалеко.

Выгнав из-за письменного стола Мишку, Руденко оккупировал компьютер и обнаружил на дискете сконцентрированную глупость Дедова, его бахвальство и надежду, видимо, в перспективе написать мемуары. Это было что-то вроде дневника. Он описывал свою первую встречу с Линли и довольно подробно самого резидента, его перстень, но отчего-то называл его Джеком. «Не захотел старина Линли представляться, да и не было необходимости», — подумал Руденко.

Дина ходила по комнате, накрывала стол к ужину; звякали тарелки, Мишка достал из шкафа пляжный большой мяч, который до лета Дина уже убрала, надул его и начал беситься, возбуждая ненависть у соседей снизу.

Но Алексей ничего этого не слышал. Он читал и перечитывал, пытаясь понять, что в этом правда, а что приукрасил Дедов. Юрий писал и о работе в Португалии, о каких-то тайных свиданиях с одним человеком. Называл его «мой кудрявый друг». Звучало это комично. «Пушкин, что ли? — со смехом подумал Руденко и тут же посерьезнел: — А почему же Португалия? Где же его завербовали, что за тайные встречи? Или там только махинации, играл в коммерсанта, денежку зарабатывал?.. Нет, он однозначно пишет, что стал работать на SIS только с 1996 года, когда понял, что скоро карьера пойдет на спад, а денег не удалось заработать. Действительно, — зло усмехнулся Руденко. — Почему бы не сдать с потрохами своих соотечественников за пару-тройку тысяч фунтов? Интересно, какую информацию про меня он им слил?.. То, что я люблю борщ, это и так не секрет».

Руденко искал хоть что-нибудь про Лапшина — ни слова, никакого намека. Кроме имени — Джек — ни одного другого имени или фамилии, сплошные внутренние переживания Дедова и его терзания — нет, не моральные, а только о том, как получить должность получше и денег побольше, потому что он заслуживает этого как никто другой. Сей сомнительный тезис он продвигал на протяжении всего дневника. Однако методично записывал дату каждой встречи, как в Португалии, так и уже на Кипре.

Алексей стал прикидывать, кому отправить расшифрованный файл. В принципе, Дедовым занимается Ермилов — ему и карты в руки. Но если вскрывается история со шпионажем, дело Олег, естественно, передаст в ФСБ. Оно, по-любому, туда попадет, даже если Руденко отправит файл в свою Контору.

Докладная в Центр необходима, и очевидно, что Алексей обязан сообщить руководству о своем негласном расследовании… Будет глупо, если Ермилов заявит о раскрытии шпионажа раньше, чем Руденко, который тут, на месте должен был проявлять недюжинную бдительность, а в результате, три года у него под носом работал шпион. Вряд ли послужит оправданием то, что завербовали Дедова за год до прибытия Руденко на Кипр.