Книга Черный халифат, страница 89 – Ирина Дегтярева

Съемную однокомнатную квартиру на первом этаже отделяла от подъезда деревянная грязная дверь со следами ботинок немаленького размера, словно по ней колотили, так как электрический звонок не работал. Горюнов постучал кулаком и почти сразу открыли. В щель на него глянула небритая, с черной щетиной, щекастая молодая рожа:

— Чего тебе?

— Сохраниться и расшириться, – по-арабски негромко сказал Петр.

— Поляк? – тоже шепотом, но по-русски уточнил парень, изобразив на лице нечто вроде почтения. – Проходи. Я – Марат.

В квартире воняло табаком и порохом. В крошечном коридоре стоял здоровенный туристский рюкзак, набитый каким-то шмотьем. На кухне громоздились грязные тарелки со сколами по краям, горка консервных банок на подоконнике, окна, заклеенные газетами, как во время ремонта.

— Лучше в комнату, – позвал Марат. – Ты давно оттуда?

— Из Сирии? – уточнил Петр. – Несколько дней.

— Ну и как там? – Он присел на протертый до дыр подлокотник кресла и уставился на Горюнова горящими глазами. – Говорят, и заработки большие, и жену дадут.

«Догонят и еще раз дадут», – мысленно огрызнулся Петр, но с важным видом кивнул.

— А как вообще? Опасно?

— У меня было две контузии и легкое, слава Аллаху, ранение, сквозное. Но мы были готовы и умереть во имя Аллаха.

Марат закашлялся. Ему, очевидно, хотелось жену и денег, но не хотелось умирать, пусть и во славу Аллаха.

Мусульманскую молодежь, попадавшуюся на удочку агиток, понять было несложно. При нынешнем мироустройстве, где правят бал безнравственность, наркотики и алкоголь, где разрушается понятие брака как союза между мужчиной и женщиной, где практикуются однополые браки и попираются мировые религии, как же хочется найти оплот духовный! Они даже готовы обрести эту духовную базу под пулями и осколками. Готовы за нее воевать, за землю обетованную, за свой халифат. Однако, когда они уже влипают в ИГИЛ, проще говоря, в банду головорезов, которым сподручнее было бы выступать под флагом не с шахадой, а с Веселым Роджером, когда их начинают без зазрения совести стимулировать теми же наркотиками и алкоголем, от которых они бежали, спохватившись, они понимают, что это не духовный оплот – а черный халифат, настоянный на крови и нефти, на лжи и лицемерии. Они гибнут за гроши, они пытаются бежать и оказываются на площади на коленях за минуту до того, как распрощаться с собственной головой. Их утрата – ничто для махины халифата, вербовщики исправно делают свою работу, пополняя ряды ИГИЛ. А на черном не заметны следы крови…

— Ты один? – оглядел комнату Петр.

— Нет, сейчас придет Артур.

— Мне сказали, что замыслы у вас грандиозные. Вы как собираетесь пробраться на этот объект? Есть план? Или надеетесь на авось? – Он взглянул на часы. – Сориентируй меня, когда совершать намаз. Я с переменой времени немного сбился.

Судя по кислому выражению лица Марата, Горюнов догадался, что не так уж они и придерживаются молитвенного расписания.

— Здесь нет мечети. А сам вычислять время я так и не научился.

— Ладно. Разберусь. Ты достал взрывчатку? Где она?

— Да, – замешкался Марат. – Нам привезли. Но ни я, ни Артур не смогли собрать взрывное устройство. Он младше меня, ему девятнадцать, у нас не было опыта.

— Соберем, – утешил Петр. – Где взрывчатка?