Книга По острым камням, страница 110 – Ирина Дегтярева

Джанант тоже испытывала напряжение и после велосипедного звонка вдруг схватила Горюнова за локоть, чего никогда бы себе не позволила в другой ситуации. Но заговорить осмелилась лишь когда сели в машину:

— Поехали быстрее отсюда. У меня ощущение, что я в руках держу гадюку и она меня вот-вот ужалит. По описанию Разии это тот самый Наваз. Ты его сфотографировал?

Горюнов вырулил на дорогу, ведущую на окраину Равалпинди, к их жилищу, и, кивнув, уточнил:

— Там освещение плохое было в коридоре, но, надеюсь, фотография получится. В конце концов не для глянцевого же журнала фотографировал, худо-бедно удастся его различить на фотографии. А у тебя что?

— Послушаешь запись дома, и я с тобой послушаю. Я что-то разнервничалась, никак не могу сосредоточиться. Резюме короткое — едем завтра в Лахор, там планируется теракт. Но это мы уже знали. Главное, — она поежилась, — он пытался водить меня за нос. И запугивать своим авторитетом. Весь наш с ним разговор рассыпается на какие-то фракции, как части мозаики, но когда я пытаюсь сложить куски воедино, картинка не выстраивается.

Петр несколько раз проверял, нет ли хвоста. Хотя зачем Навазу организовывать за ними слежку, если он доверяет Захиду, к тому же напрямую от Захида может узнать, где остановилась дочь вместе с ее телохранителем. Пока у него нет оснований не доверять Джанант.

Если только, вольно или невольно, она не выдала себя во время разговора с контрразведчиком. Но она больше молчала, строго следуя инструкциям Петра. Он смог в этом убедиться, когда на кухне их квартиры включил диктофон.

— Мне тебя рекомендовали, уважаемая Джанант, с самой хорошей стороны, — на литературном арабском заговорил Наваз. (Горюнов и в дальнейшем отметил, что пакистанец не использовал диалектизмов Египта, Сирии или Ирака, из чего Петр заключил, что пакистанец не работал ни в одной из этих стран. Только в Пакистане). — В качестве ответственного и опытного организатора и деятеля ДАИШ в Ираке. Не знаю, насколько ты в теме относительно нашего сотрудничества с почтенным Захидом, но это и не важно. Важно лишь наше взаимодействие ко всеобщей пользе. Ты завтра отправляешься в Лахор, как мне известно. Это не моя инициатива. Я в большей степени заинтересован, чтобы ты как можно быстрее перебралась в Афганистан к своим людям, находящимся там. И теракты, происходящие в ДРА, совершенные не вашими людьми, приписывала бы на счет «Вилаята Хорасан», что, несомненно, увеличит популярность «Хорасан-ДАИШ», а многих колеблющихся, желающих вступить в ваши ряды, убедит в могуществе халифата. Ты же имеешь доступ к информационной системе ДАИШ, которая осуществляет вбросы, берет ответственность за тот или иной теракт на себя? Ты ведь можешь, если я тебя заранее оповещу, взять какой либо теракт на свой счет?

— А те, кто на самом деле его подготовили и совершили, не станут возмущаться?

— Все может быть. Вот только, уважаемая Джанант, в суд на «Хорасан» они подавать не станут. А уж тем более в Гаагский, — его голос звучал насмешливо. — Или если ты сама не хочешь в этом участвовать, ты же имеешь доступ к вашей компьютерной системе, не так ли? Ты можешь предоставить нам этот доступ и наши специалисты все сделают сами.

— Мой отец тоже имеет доступ… — напомнила своевременно Джанант, и Петр порадовался за свою ученицу. Все же она не совсем пропащий для разведдеятельности субъект.