Книга По острым камням, страница 112 – Ирина Дегтярева

… — После акции в Лахоре я помогу тебе без проблем пересечь границу с Афганистаном, но мне необходимо, чтобы ты захватила с собой одну девушку. Она пригодится тебе там для работы, — едва Наваз договорил, Джанант выключила диктофон и спросила тоном, который предполагает единственно правильный ответ:

— Как думаешь, кто бы это мог быть?

— Ты все больше напоминаешь мне сварливую жену, — Горюнов с мрачным лицом включил диктофон, осознав, какая проблема его ждет, если с ним в одной связке окажутся Джанант и сдавшая ее Хатима.

«Вот ведь расклад подкинула судьба, — подумал он, глядя на подбоченившуюся Джанант. — Надо еще перед отъездом в Лахор передать аудиозапись Разие. Может, и она с нами за компанию отправится взрывать и терроризировать местное и афганское население. Я-то уж точно не смогу предотвратить теракт, не попавшись либо полиции или контрразведке, либо игиловцам».

— Он спрашивал про тебя, — не дождавшись ответа про Хатиму, Джанант обиженно хмурилась.

Горюнов все же дослушал диктофонную запись и узнал, что Наваз выразил сомнение, стоит ли ей тащить с собой этого угрюмого телохранителя. Сказал, что роль телохранителя какое-то время может исполнять и та девушка, которая поедет с Джанант в Афганистан.

Петру не понравились слова «какое-то время». Эта оговорка указывала на обстоятельство времени и, по-видимому, времени у Хатимы оставалось не так уж много. Не уготована ли ей нехорошая судьба? Но с другой стороны, зачем было готовить девчонку, чтобы банально сделать из нее шахидку? Нерационально по меньшей мере.

Джанант возразила: «Это надежный человек. К тому же без мужчины рядом мне бывает затруднительно ездить по группам ДАИШ».

* * *

Лахор показался каким-то уж слишком индийским. Хотя Горюнов вообще не видел большой разницы между пакистанцами и индусами.

Дорога по горам заняла больше времени, чем Петр предполагал, машины тут словно никуда не торопились, особенно расписные пакистанские автобусы — восьмое чудо света.

На улицах Лахора покрутились изрядно, не сразу сообразив, как ехать к очередной квартире «Вилаята Хорасан». Толкались в пробке из тук-туков и мотоциклов, на которых ухитрялись уместиться по три-четыре седока.

На газонах лежали мужички бомжеватого вида на облезлых матрасах. Горюнов прикинул, сколько у них живности в их лохматых шевелюрах, и поежился. В Ираке в своей цирюльне ему приходилось стричь и таких вшивых ребят. Сам пару раз обовшивел и стригся налысо, напоминая самому себе старика Якова из детского приключенческого советского фильма. Особенно когда лысина загорела.

После разговора с Навазом, Джанант так и осталась подавленной. Всю ночь бродила по комнате, прилегла лишь к утру — Горюнов услышал, как скрипнули пружины матраса.

Петр тоже молчал большую часть дороги. По пути в Лахор он заехал к Разие, вызвонив ее накануне и назначив встречу. От нее узнал, что из Центра поступило указание: в Лахоре через день после прибытия съездить к Вагах бордер — пограничному переходу в Индию, где каждый вечер пограничники — индусы и пакистанцы — устраивают целое представление. Церемония закрытия границы на ночь превратилась в шоу, на которое собирается публика с той и другой стороны границы. Причем зрители по большей части местные, а не туристы.