Книга Сын Йемена, страница 66 – Ирина Дегтярева

— Сейчас есть перемирие между хуситами и властью в лице Хади, конфликт в Даммадже с салафитами. Власть эвакуирует их оттуда, выводит в Ходейду из Саады и в Сану. В общем, это пробный камень. Победа осталась за хуситами, и они на этом не остановятся. Хади целиком и полностью под властью саудитов и короля Абдаллы, — Муниф вытащил пачку сигарет и посмотрел вопросительно на Шабиба. Тот кивнул и, встав, подал пепельницу, стоявшую на столике у стены. Муниф пристроил ее на колено, ничуть не смутившись неудобством и нерасторопностью хозяина, так сказать, принимающей стороной. Его куда больше беспокоило, что обещанное Салимом спецобучение откладывается на неопределенный срок, он рассчитывал, что оно его переведет в более высокий ранг, если таковые существуют среди агентов, работающих на разведку любой спецслужбы.

— Напрямую я сейчас не общаюсь с хуситами, через их людей в Сане передаю сведения из генштаба о поставках вооружения, об американских инструкторах, о саудовских советниках…

— Нам бы не помешал подробный отчет обо всех твоих донесениях для хуситов. Мы сегодня все же ограничены во времени, хорошо бы ты сделал это дополнительно.

Муниф достал из кармана несколько свернутых вчетверо листков и протянул связному.

— Здесь все, — сказал он, раскуривая новую сигарету. — У хуситов есть какой-то стопор, что ли, что-то удерживает их от решительных действий. Нет, я понимаю, происходит наращивание людской силы, оружия, которое они в том числе покупают у нынешней власти, приторговывающей из-под полы. Не назрел момент. Но как я ни анализировал ситуацию, все выводы приводят меня к Ирану. Нынешнее руководство хуситов не договорилось с ними о той степени поддержки, которая позволила бы им сделать решительные шаги по захвату власти в стране. Я заинтересован в том, чтобы мои соплеменники возвысились, тогда и я смогу быть наиболее информирован для вас.

— Ты в курсе их переговоров с иранцами? В теме? — Шабиб поморщился, взглянув в исписанные Мунифом листки. Йеменцы пишут чрезвычайно небрежно, порой разобрать их каракули слишком трудно. Но последние слова Мунифа заставили его отвлечься от писанины.

— Нет, деталей нет, но догадаться несложно. Хади открыто обвиняет их в переговорах, а уж его спецслужбы работают хорошо. Но как по мне, то союз с персами мог быть для нас полезен. Мы близки по вере, их вражда со Штатами и с Израилем нам импонирует. Иран на данный момент, пожалуй, единственный противовес амбициям упомянутых мною стран на Среднем Востоке. Даже то, что арабы и персы не самые лучшие друзья, не помеха, они шииты. Иран потихоньку приберет к рукам Ирак, используя свое шиитское влияние, тихо, по-соседски, обставив Саддама после его смерти. В Сирии обретет устойчивые позиции, опять же из-за лояльности религиозного характера к сирийским алавитам — это, по сути, и есть персидский ислам. Их ядерная программа, экономический подъем, ресурсы, поддержка ливанской, опять-таки шиитской, «Хезболлы»… Теперь Йемен. Как я понимаю, Иран дружен с Россией, насколько возможна такая дружба.

— У тебя есть какое-то предложение? — заинтересовался Шабиб, все больше убеждаясь, что Салим вытянул счастливый билетик в лице Мунифа, хотя могло возникнуть сомнение у Центра — не слишком ли умен, не слишком ли быстро соображает и хорошо анализирует? Не подставлен ли? (Шабиб не знал деталей вербовки). Он планировал в своей докладной все же высказать сомнения по поводу нового агента, не может ли быть Муниф уже кем-то ангажирован ранее, хотя бы йеменскими спецслужбами, может, перед ним кадровый разведчик?