Книга Развод с привкусом перца, страница 6 – Арина Эстель

Коридор встретил меня тишиной, но воздух здесь был наэлектризован. Я шла к ванной, стараясь ступать бесшумно, но высокие потолки предательски возвращали мне звук каждого шага.

Дверь в ванную комнату — тяжелая, дубовая, с матовым стеклом — была приоткрыта. Изнутри потянуло паром и резким, мужским ароматом можжевельника и дегтярного мыла. Я не успела затормозить.

Он вышел внезапно.

Облако пара вырвалось следом за ним, окутывая нас обоих. Сосед был в одном белоснежном полотенце, обернутом вокруг бедер. Ткань сидела низко, открывая вид на рельефный живот, по которому медленно стекала капля воды. На его широких плечах еще блестела влага, а в утреннем свете татуировка на предплечье — хищный оскал волка — казалась почти живой.

Я замерла, не в силах отвести взгляд. В утреннем полумраке он казался еще масштабнее, чем вчера. Хищная пластика движений, мощная грудь, покрытая тонкими шрамами, и этот взгляд — темный, заспанный и невероятно пронзительный.

— Доброе утро, принцесса. Не знал, что ты встаешь по расписанию прислуги, — его голос, хриплый спросонья, пробрал меня до костей.

Я судорожно запахнула руки на груди, чувствуя, как под тонким шелком сорочки соски твердеют от холода и... его взгляда. Предательский румянец залил шею.

— В этой квартире есть график посещения ванной? Если нет, то я бы предпочла, чтобы ты закрывал дверь.

Он усмехнулся, медленно сокращая расстояние. В узком коридоре нам было не разойтись. Я ощущала жар, исходящий от его влажной кожи, и видела, как вздрагивает жилка у него на шее. Мой взгляд невольно скользнул вниз, по рельефу пресса к... полотенцу. Черт, оно держалось так ненадежно.

— Дверь не закрывается, замок заело еще при твоем прадедушке, — он навис надо мной, вынуждая вжаться спиной в холодную стену. Ткань сорочки прижалась к телу, обрисовывая каждый изгиб. — Так что привыкай к спецэффектам. Или съезжай. Второй вариант мне нравится больше.

— Мечтай, — выдохнула я, глядя прямо в его глаза. Ноздри затрепетали, впитывая его запах — чистый, мужской, опасный. — Я здесь на законных основаниях. И твои... полуголые дефиле меня не впечатлят.

Его взгляд медленно, почти намеренно лениво скользнул по моему лицу, задержался на губах, а потом опустился к вырезу сорочки, где пульсировала жилка на моей шее. Он смотрел так, словно уже раздевал меня. Воздух между нами стал густым, как мед. Это была не просто злость. Это было узнавание. Мужчина в нем оценивал женщину во мне, и это было опаснее любого скандала.

— Впечатлят, Сафонова. Еще как впечатлят, — прошептал он, склонившись так низко, что я ощутила его дыхание на своей коже. — У тебя зрачки расширились. Тело не врет, в отличие от твоих «аристократических» манер. Ты же хочешь, чтобы это полотенце упало. Я вижу.

Он резко отстранился, оставив меня в облаке своего парфюма и колючего холода. Взгляд его снова стал ледяным.

— Кухня сегодня за мной. Кофе не проси, не поделюсь.

Я влетела в ванную и прислонилась к закрытой двери, пытаясь унять колотящееся сердце. Ладони дрожали, а внизу живота возникло странное, тягучее напряжение. «Сафонова», — повторила я про себя, как он произнес мою фамилию. Как приговор.

Я включила холодную воду и плеснула себе в лицо. Мне нужно было прийти в себя. Впереди был важный день — встреча с великим мастером, настоящим профессионалом, который вернет мне веру в себя. А этот... сосед? Он просто досадное недоразумение, временная помеха в моей новой, безупречной жизни.