Книга Лютумвиль. Королевство огня и глины, страница 49 – Антон Мамон

— Чудесно, – прошептала Регина, исполнив замысловатое движение рукой.

Природа, погруженная в глубокий сон, начала понемногу оживать. Из-за деревьев, плотно стоявших в ряд, донесся хруст. Де Люта сосредоточенно следила за происходящими переменами. Присутствие чего-то большого и первобытно-яростного стало вдруг очевидным. Мигом позже послышалось хриплое дыхание. Адский Цербер. Неумолимо приближаясь, он взрывал землю своими тяжелыми косматыми лапами. Красно-оранжевые глаза создания мерцали в смолистой темноте. Оказавшись на поляне, Треглавый Пес издал зловещий утробный рык и бросился на Регину.

Та спокойно наблюдала за происходящим, не позволяя ни единому мускулу нарушить безупречную статику лица. Испустив пронзительный вой, Цербер взлетел в атакующем прыжке и приземлился аккурат у ног монархини. Все три его головы принялись скулить, словно охапка новорожденных щенков, брошенных умирать на холоде.

— Прости. Я знаю-знаю. Мне не стоило бросать тебя надолго… – виновато улыбнулась королева и слегка потрепала одну из голов пса.

В ответ монстр заныл еще тоньше, удерживая три пары глаз на лице хозяйки. Регина упала на колени и обняла его за шею. Счастливый Цербер принялся тереться о ее плечи двумя свободными головами, как самая преданная на свете псина.

— Мой малыш, – вкрадчиво произнесла владычица, чувствуя, как горячая слеза прокатилась по щеке.

Руки скользнули в складки пышного платья. Где-то там прятался носовой платок. Поздно. И целой простыни не хватило бы, чтобы утереть тот поток, что высвободили глаза Регины. Ее тело сдалось накатившей обиде. Оно прекратило всякое движение и позволило накопленной боли зацвести пугающе-прекрасным цветком. Разочарование проливалось солеными ручейками. Монархиня позволила себе быть слабой там, где ее никто не увидит. В месте, где ни для кого не важны ее регалии, манеры и украшения. Там, где ее любили не за божественную красоту и не за способность одарить бессмертием, а просто так, потому что она существует.

Трехглавый Пес, упорно не замечавший страданий хозяйки, поднялся и, несколько раз обернувшись вокруг своей оси, плюхнулся в мокрую от слез и росы траву, размеренно засопев. Регина тем временем почти перестала плакать. Запустив руки в густую шерсть Цербера, она отрывисто произнесла:

— Да. Конечно. Ты прав. Нам обоим не помешает выспаться. Это был ужасный вечер…

Правительница Лютумвиля опустила голову на теплую шерстяную подушку и закрыла глаза. Ей так хотелось забыться, но голову наводнили омерзительные образы. Королева ненавидела себя за произошедшее, хоть и понимала, что ей не оставили выбора. Монархи не должны испытывать жалость к тем, кто покушается на их авторитет. Они обязаны расправляться с любым инакомыслием. К горлу вновь подкатил ком. Горько улыбнувшись, Де Люта попыталась призвать Морфея. «Как хорошо, что есть еще в этом мире место, где я могу не носить эту проклятую маску…» – прошептала она, чувствуя, как немеют конечности.

Полная луна, повисшая в небе, скрылась за дымовой завесой туч. Тьма полноправно захватила поляну, погрузив в холодный сумрак страшное кровожадное чудовище… и его верного Трехглавого Пса.

Новое утро выдалось необычайно пасмурным. Густые тяжелые облака, плотно сцепившись лапами, закрывали собой небосклон. При одном взгляде на это медленно плывущее безрадостное месиво могло показаться, что солнца не существует вовсе, будто отныне его можно считать выдумкой, порождением уставшего от беспросветной серости разума.