Онлайн книга «Создатель злодейки. Том 2»
|
Вернер с самого начала смотрел на меня так, будто я олицетворение всей мерзости мира. Я язвила в ответ и в итоге плеснула ему в лицо напиток. Логично, что после такого он должен был возненавидеть меня до мозга костей. «Попробую поставить себя на его место…» Я уперлась пальцами в виски и попыталась посмотреть на ситуацию глазами Вернера. Допустим, за мной много лет таскается навязчивый сталкер. Я его не просто не люблю, меня от него тошнит. Хочется лишь одного: чтобы он исчез из моей жизни. Однако он не сдается и навязывается, вмешиваясь в каждую деталь моей личной жизни. Мало того, поскольку он наследник семьи, уступающей значимостью только императорскому дому, я не могу применить к нему никаких законных наказаний или обрушить на него поток оскорблений. И вдруг этот человек за один день будто выворачивается наизнанку: плескает мне в лицо напиток и заявляет, что разочаровался. Все чувства у него, видите ли, испарились. И больше он никогда не покажется мне на глаза. «Это что за цирк?» Первое, что приходит в голову. Уверена, такой упертый сталкер не сдастся за один день, и я жду подвоха. Но проходит месяц, второй, третий – ни весточки. Похоже, он действительно оставил меня в покое. Моя жизнь, которую сталкер успел изрядно поломать, продолжает идти своим чередом, а он сам внезапно совершает подвиг и становится национальным героем. «Да, какое облегчение, но и бесит до дрожи…» Будь у меня возможность, я бы отомстила ему или прокляла до седьмого колена. Если все представить именно так, то чувства наследного принца можно понять. Минуточку… «Такое можно сказать об обычном человеке. Вернер – другой случай». В романе ему вообще было плевать на то, что Айла его преследует. Ее проделки ни капли не мешали ему жить, можно сказать, отчасти даже веселили его. На фоне всех гнусных интриг, с которыми раньше сталкивался наследный принц, поведение Айлы выглядело едва ли не благородным. Если она и выделялась среди других, то только двумя характеристиками: «невозможностью игнорировать семейное происхождение» и «неустанной настойчивостью, отказом сдаваться, сколько бы он ее ни отталкивал». Иногда эта навязчивость была ему даже выгодна. Пока представительница самого влиятельного дома заслоняла собой путь, прочие благородные дамы, мечтающие родить от принца, вполне успешно нейтрализовывались. Если бы не появилась Шарлотта, Айла вполне могла бы стать его принцессой. Не по любви, конечно, а как удобный инструмент в политическом браке. Но появление Шарлотты все изменило. Она стала его единственной слабостью. И когда Айла попыталась причинить ей вред, именно тогда он впервые увидел в ней угрозу. Именно поэтому Вернер стал ненавидеть Айлу. По крайней мере, в оригинальной истории. «Но я-то ясно выразилась, что не питаю к Шарлотте ни малейшей неприязни». Тогда какого черта творит этот сумасшедший… Если он хотел вывести меня из себя, у него получилось: сейчас я готова убить. Внутри крепло ощущение, что Вернер на полном серьезе верит в написанное. Потому что он герой-клише, которого я придумала десять лет назад. Оставались две версии. Первая: он не поверил моим словам, а значит, все мои заявления пропустил мимо ушей, продолжая пребывать в уверенности, что я до сих пор без ума от него. |