Книга Добиться недотрогу, страница 61 – Екатерина Мордвинцева

«Хорошо, — подумала я. — Ты хочешь единения? Я тебе его устрою».

Я запустила программу для 3D-моделирования и начала с плана. Дом не должен быть просто большим. Он должен быть безупречным. И безумно сложным. Я набросала концепцию: не просто панорамное остекление, а цельностеклянные углы, где две стены полностью прозрачны и сходятся без видимых опор. Инженерный кошмар. Дорого. Рискованно. Идеально.

«Чувство защищённости»? Пожалуйста. Система «умный дом» не просто от «Яндекса». Полная интеграция от швейцарской компании, которая делает оборудование для банковских хранилищ и правительственных объектов. Заказная разработка ПО, биометрический доступ не только к дверям, но и к шкафам, к подаче воды в душе. Заявку они рассматривают минимум месяц. Стоимость — как хорошая квартира в центре.

Но настоящий полёт моей ядовитой фантазии начался с отделочных материалов. Я погрузилась в мир эксклюзивных, малодоступных и откровенно безумных вещей.

Напольное покрытие: Не просто паркет. А паркет из венге редчайшей, почти чёрной текстуры, который добывают в единственном регионе Конго, и экспорт его ограничен из-за каких-то международных соглашений по защите лесов. Нужны особые разрешения. Поставка — от 9 месяцев.

Каменная плитка: Для санузлов и хамама (хамам, конечно, будет, куда же без него) — оникс. Не просто оникс, а бразильский зелёный оникс с уникальным волнообразным рисунком, который добывают вручную в одной-единственной шахте, которая работает три месяца в году. Объём добычи — несколько квадратных метров за сезон. Ждать — от полутора лет.

Сантехника: Не немецкая, не итальянская. Японская. Та, что делается на заказ для императорской семьи и каких-нибудь арабских шейхов. Унитаз с подогревом, анализом… чего угодно. Биде с функцией диагностики. Всё это — только через дистрибьютора в Токио, с визитом их замерщика (билеты, виза, пятизвёздочный отель — за счёт заказчика, разумеется).

Освещение: Люстры? Скучно. Встроенные светильники, спроектированные тем самым датским дизайнером, который делает инсталляции для Лувра и отказывается от 99 % частных заказов. Надо написать вдохновляющее письмо, приложить концепцию дома и ждать ответа неопределённое время.

Деревянные панели для библиотеки (библиотека будет, я решила): Резные панели из корня ореха, выполненные потомственным мастером из Италии, который берётся за один проект в два года и предпочитает работать с музеями. С ним нужно договариваться через агента, который берёт процент, равный стоимости небольшой машины.

Я не просто выбирала дорогое. Я выбирала самое неудобное. Материалы с гигантскими сроками поставки, которые парализуют любые строительные работы. Оборудование, для установки которого нужны узкие специалисты с визами и аккредитацией, которых ещё надо найти и заманить в нашу глушь. Технологии, требующие уникальных проектных решений и согласований в двадцати инстанциях.

Каждый пункт в спецификации я сопровождала подробным обоснованием, ссылками на тренды в архитектуре премиум-класса, цитатами из философов о гармонии человека и пространства. Это должна была быть не просто смета. Это должен был быть монумент хорошего вкуса и абсолютной, беспощадной непрактичности. Шедевр, построить который — подвиг, сравнимый с возведением пирамид.