Книга Мама-попаданка. Хозяйка старой пасеки, страница 54 – Елена Белильщикова

— Что ж я Вам такого сделала? — растерянно прошептала я, качая головой. — Я ведь не претендую на Михаила Алексеевича. Наоборот! Все пытаюсь донести до него, что все в прошлом!

Мне было сложно уложить в голове, что Елизавета настолько меня ненавидит! Неужели и впрямь ни капли не верит, что я не пытаюсь окрутить ее мужа?!

— Пытаешься! Да только, видно, не получается у тебя, Велена, — хмыкнула Елизавета. — Поэтому я и буду счастлива, если ты исчезнешь. Собери давай украшения, еще не хватало, чтобы я при тебе по земле ползала. А с пасекой твоей… Как дела продвигаются? Может, крепкие руки нужны? Да? Тогда пришлю к тебе Данилу сегодня, уговор? А про работу в поле забудь до вечера, я все решу. Чем скорее ты выполнишь условие с пасекой, тем лучше для всех.

Данила шел со мной к старой пасеке мрачный, как туча. Я невольно потянулась кончиками пальцев к губам. Вспомнился наш поцелуй. А Данила, выходит, не вспоминал? Или наоборот? До сих пор злился на меня, что сбегать с ним не захотела? Или почувствовал сердцем, что я от него закрылась? Пока меня терзали подобные размышления, Данила наконец-то заговорил:

— Не водила бы ты с ней дружбу.

— А? — я растерянно вскинула на него взгляд.

Подруг-то у меня не было. Это другие деревенские женщины могли вечерами сесть на скамейку, завести песню в звонком прохладном воздухе или собраться у кого-то дома и вместе рукодельничать. Меня в такие компании не принимали. Ясное дело. Как же тогда обо мне судачить, если вот она я?

— С барыней нашей. Елизаветой Федоровной. Даже если тебе кажется, что она к тебе по-доброму… Ты хоть раз слышала, чтобы кто-нибудь гадюку приручил и она не укусила при первом случае?

— Да не дружу я с ней! — удивленно фыркнула я. — Как ты это, вообще, себе представляешь? Где барыня, а где простая крепостная? Какая там дружба? Елизавета Федоровна просто помочь мне захотела. Твоими руками, к тому же!

Я ткнула Данилу пальцем в плечо, напоминая, что для Елизаветы эта услуга ничего не стоила. И все же… понимала я, о чем он говорит. Вся эта приветливость, доброжелательность смотрелись немного подозрительно. Ведь Елизавета — ревнивица, а я надуманная ею соперница. Но кажется, именно этим и была продиктована ее помощь? Поскорее от меня избавиться!

— Просто захотела помочь, — повторил Данила со скрытой усмешкой так, что сразу открывалась вся нелепость этого. — Ничего Елизавета просто так не делает. На все у нее свой план.

— А если и так? Хорошо же, если наши с ней планы совпадают?

Данила остановился. Взгляд стал настороженным и пристальным. Прямо в глаза.

— В чем же это? Что за общие цели у крепостной и барыни могут быть?

Данила шагнул ближе. У меня мгновенно пересохло во рту. Сердце забилось часто-часто. Ох, не как деревенский рубаха-парень сейчас говорил Данила… Сейчас в его голосе проступили такие властные интонации, которым и Михаил позавидовал бы. Я попятилась невольно. Крохотными шажочками, будто от зверя опасного. Только куда бежать? За спиной оказался ствол дерева, в который я уперлась лопатками. Казалось, Данила уже все понял. Сам догадался. Только высказать мне ему пока что было нечего. Пока что. Пока я сама не призналась во всем. Но взгляд Данилы был таким открытым и прямым, что у меня совести не хватило врать. Я приподняла подбородок, гордо и твердо отвечая: