Книга Злодей, который меня убил, страница 57 – Кира Иствуд

Оборотень вообще ведёт себя подозрительно начиная с первой встречи. Но об этом я подумаю позже, сейчас важнее сосредоточиться на кронпринцессе. Ведь я до сих пор понятия не имею, что ей сказать!

— Леди Николь, вы не против, если я сама провожу вас до замка, — предлагает волшебница, — по дороге как раз пообщаемся.

Я соглашаюсь. Нанетт с завистью округляет глаза, одобрительно кивает, видно, думает, я суечусь ради победы на отборе. Джаред бормочет что-то вроде: «Девушки хотят посплетничать», но в его глазах колючая настороженность, а внутри скалится зверь и будто тянется схватить.

В моей груди опять натягиваются струны, давят на сердце.

Опасно.

Я прячу взгляд, торопливо прощаюсь и иду за Викторией, оставляя замёрзшее озеро позади.

«Обернись… Обернись же! Он смотрит… Смотрит?» — щиплются мысли, толчками отдаются в рёбра. Проклятье! Это уже походит на потребность. Плохой знак… Нельзя поддаваться.

Сначала соглашусь обернуться, потом — коснуться, а затем… Нет! Надо сразу обрывать, на корню.

«Чриик», — звонко раздаётся над головой. Это алмазная ивари скользит за нами по прохладному воздуху.

Вскоре нас с Викторией обступают тёмные громады деревьев. Листва тревожно шуршит в вышине. Мы идём по ночному королевскому парку, освещённому лишь магическими искрами. Снег хрустит под ногами, впереди слышится игривая скрипка, справа темнеет острый шпиль магической башни. Он похож на остриё клинка, что безжалостно вонзается в свинцовое небо.

— Так о чём вы хотели поговорить? — спрашивает Виктория, едва за нашими спинами смыкаются деревья.

Я перебираю варианты… что сказать? Но так, чтобы алтарь позволил… Может, стоит начать издалека? Прощупать почву. Или…

— Николь, я, кажется, понимаю, что за сомнения вас гложут, — вдруг произносит Виктория, задумчиво глядя из-под длинных ресниц.

— Да? — удивляюсь я.

— Да. И должна сказать, у вас есть все шансы.

— Шансы… — бормочу, силясь поймать нить разговора.

— Не обращайте внимание на его колкость. Он со всеми так… Наглый до неприличия, никаких границ не признаёт, да и правил тоже. Гордый и упрямый, но в этом есть определённый шарм, — она тепло улыбается до ямочек на щеках. — Но главное, когда доходит до дела, на него можно положиться. Во всём.

— Эм-м…

— Я его люблю, как дорогого друга. Как названного брата. Он часть моей семьи. И должна сказать, впервые вижу, чтобы Джаред так ярко реагировал на девушку.

«Ох! Похоже Виктория решила, я здесь для разговора о Джареде!» — понимаю я.

Мне хочется нервно засмеяться. Даже для Виктории очевидна связь между нами. Шпион из меня никудышный… Но, может быть, я смогу повернуть этот разговор в нужную мне сторону?

Виктория тем временем говорит:

— Не думали проверить вашу связь?

Я спотыкаюсь от неожиданности.

— Вы про истинность? — голос скатывается до шёпота. Кронпринцесса смотрит внимательно, будто через мои глаза заглядывает в глубину души.

— Да.

— Нет, не хотела бы, — отвечаю резче чем нужно. — Пока что.

— Почему?

И как объяснить?

Я иду, опустив голову. Разбрасывая носками ботинок рыхлый снег, медленно говорю:

— Потому что истинность — это ненастоящие чувства. Это навязанное. Я не могу такое принять… Травоядные спокойно относятся к метке, для волков же она важнее любви. Важнее уважения и желания пары. Поэтому мне особенно не хочется связываться с Руандовцами. Если было бы возможно, я всю жизнь носила бы перчатку. Даже после замужества. Я мечтаю об отношениях, построенных на понимании, взаимоуважении, доверии. На искренних глубоких чувствах. Хочу сама сделать свой выбор, а не идти за судьбой, как послушная овечка.