Книга Таверна «Одинокое сердце», страница 9 – Стасия Викбурд

— Ты удивительная, — прошептал он, целуя меня в макушку. — Словно сама судьба привела тебя сюда.

Я хотела спросить, что он имеет в виду, но веки становились всё тяжелее. Сон накрывал меня, как мягкое облако, унося прочь от вопросов и сомнений.

«Хороший сон, — успела подумать я напоследок, уплывая в царство сна. — Пусть он длится вечно…»

Я открыла глаза — медленно, нехотя, так не хотелось покидать такой чудесный сон. Когда открыла глаза, несколько раз проморгалась: я была во сне, но никак не дома. Чтобы окончательно проснуться — ущипнула себя несколько раз. Но ничего не поменялось. Меня окружали: каменные стены, тяжёлые бархатные шторы с вышитыми серебряными лилиями, отблески угасающего огня в камине… Всё было на месте. И он — рядом, дышит ровно, лицо расслаблено во сне, тёмные волосы разметались по подушке.

Красивый. Невероятно красивый. Высокие скулы, чёткая линия подбородка, длинные ресницы, тень от которых ложится на щёки… Я залюбовалась на мгновение, но тут же одёрнула себя.

«Люда, очнись! Где твоя одежда? Что вообще происходит?»

Паника накрыла волной — горячей, удушающей. Я огляделась: на полу валялись какие-то ткани, но точно не мои вещи. В голове застучали вопросы: «Как я здесь оказалась? Что было прошлой ночью? И главное — что теперь делать?»

Взгляд скользнул по зеркалу напротив. Оттуда на меня смотрела растрёпанная девушка с покрасневшими от сна глазами, с прядями рыжих волос, липкими к лицу. Конопушки на носу казались ярче обычного, губы припухли после поцелуев… «Ну да, — горько подумала я, — рядом с таким красавцем я точно не выгляжу на все сто».

В этот момент в памяти вспыхнули обрывки прошлой ночи: его шёпот, прикосновения, взгляд, полный восхищения… И я вдруг с поразительной ясностью осознала: с Эдиком у меня никогда не было ничего подобного. С ним всё было как-то… буднично, предсказуемо. Он никогда не смотрел на меня так, будто я — самое прекрасное, что есть в этом мире. Никогда не говорил слов, от которых по коже бегут мурашки. Никогда не заставлял чувствовать себя желанной, живой, настоящей.

С Эдиком я всегда чувствовала себя «хорошей девочкой», «удобной подругой», «той, кто приготовит ужин и не будет задавать лишних вопросов». А здесь, в этом странном месте, рядом с незнакомцем, я впервые ощутила себя женщиной — той, ради которой теряют голову, о которой мечтают, которую боготворят.

Осторожно, стараясь не разбудить незнакомца, я сползла с кровати. Ноги слегка дрожали, в голове шумело. На ощупь нашла ночнушку — тонкую, шёлковую, явно не мою. «В этом далеко не уйти», — мелькнуло в голове.

Огляделась в поисках хоть чего-то более практичного. Взгляд упал на стул у камина: на нём лежали мужские штаны и рубашка. «Не идеально, но лучше, чем ничего», — решила я.

Натянула рубашку — она доходила почти до колен, запахнулась, как плащ. Штаны пришлось подвернуть несколько раз, чтобы не запутаться в них. Получилось нелепо, но хоть не голая.

Последний взгляд на спящего мужчину. Сердце ёкнуло: он перевернулся на бок, протянул руку туда, где только что лежала я… И на мгновение мне захотелось вернуться, снова прижаться к нему, ощутить тепло его тела.

Воспоминание о его прикосновениях обожгло изнутри. Как он держал меня за руку, как смотрел, как говорил… Всё это было так непохоже на скучные вечера с Эдиком, когда мы сидели перед телевизором, а он то и дело поглядывал на часы, будто ждал, когда можно будет пойти спать.