Книга Дым и перья в академии Эгморра. Забытое зло, страница 215 – Кира Лин

— Всё сказал? — я цедила слова, силясь не заорать. Джош игриво подёргал бровями, немигающим взором вперившись в мои глаза. Хмыкнув, я подалась вперёд. — Судя по твоему сытому виду, минувшая ночь стала лучшей в твоей жизни. Что же тебя не устраивает?

— Всё устраивает, — от него пахнуло жаром, звук голоса скользнул по коже, как прикосновение меха, вызвав мурашки.

— Тогда почему я уловила недовольную нотку в твоём тоне? Ты же с самого начала думал, что мы с Беном любовники. И был лоялен к нему. Что же изменилось?

Джош просиял, его лицо озарилось счастливой улыбкой, но до глаз она не дошла. Он провоцировал меня, с какой-то определённой целью, но я была настолько зла и смущена, что не придавала значения.

— Где Бен? Ты к кровати его привязала?

— Почему ты бесишься, Джош? — прошипела я, надвигаясь на него.

Его лицо смягчилось, в глазах промелькнуло беспокойство. Джош вспылил и вдруг понял это. Медленно выдохнув, не сводя с меня взгляда, он остыл. Воздух уже не обжигал — зверь ушёл, оставив после себя ощущение покалывающей энергии.

Заметно было, как Джош пытается взять себя в руки, утомлённость пролегла морщинками у рта.

— Мужская солидарность полагаю, — язвительным тоном произнёс он и вскинул нахально бровь.

Я не успела подумать. Сила поднялась изнутри кипятком, рванулась вперёд и сбила Джоша с ног. Он тихо ухнул, исчезнув где-то на полу, и притих. Я обошла стол, наклонилась и отодвинула край скатерти.

Там сидел Персик, гневно размахивая взъерошенным хвостом. От сердца отлегло, но я нахмурилась и погрозила ему пальцем.

— Плохой кот. ОЧЕНЬ ПЛОХОЙ КОТ!

И фыркнула, выпрямляясь. Персик издал скрипучий рык и, пригибаясь к полу, промчался к комоду в холле. Так ему и надо!

Бен спускался по лестнице. Я ощутила его и задрожала, руки утратили волю. Возможно, наполовину я всё ещё боялась. Боялась того, как сильно его хочу. Будто кролик, пойманный фарами кареты, застывший в ожидании смерти.

Но разве у кролика так колотиться сердце, сильнее и сильнее? Разве душит его собственное дыхание в горле? Окатывает ли его восторг?

Я сжала кулаки, вонзая ногти в ладони, чтобы подавить порыв подбежать и повиснуть на нём. Это выглядело бы глупо и легкомысленно, но кто посмел бы нас осудить?

Он шёл неторопливо, оглядывая кухню, а я смотрела на него вверх и не могла отвести глаза. Когда Бен проходил мимо комода, то остановился и поглядел на Персика. И усмехнулся.

— У него нездоровый вид, какой-то бешеный.

— Он с утра не в духе. Видимо, ночью Мишель его против шерсти гладила, — сказала я, отворачиваясь к столу.

Налила кофе в чашки, добавила сахар и сливки. Бен подошёл ближе, косясь на взлохмаченного кота.

Многое вертелось у него на языке, и Джош явно это почувствовал — Персик угрожающе зашипел и махнул когтистой лапой, пытаясь ухватить его за руку.

Я покачала головой, но Бен приблизился, и у меня сбился пульс. Он помедлил прежде, чем прикоснуться, словно не был уверен или дразнил. Его руки скользнули по моей талии и притянули к его телу, лицо обожгло осторожное дыхание.

Прижавшись щекой к виску, он провёл ладонями по бёдрам, заставив мои ресницы трепетать. Я продолжала помешивать ложечкой кофе, но неосознанно — только бы что-то делать.

Бен поймал моё запястье, остановил и вынудил выронить прибор. Взяв мои руки в свои ладони, сомкнул их у меня на животе. Я зажмурилась, утопая в нежности, теряя волю, путаясь в мыслях.