Книга Дым и перья в академии Эгморра. Забытое зло, страница 51 – Кира Лин

Высокий, широкоплечий и крепко сложенный. Чёрная шёлковая рубашка с отложным воротником блестела под бархатным пиджаком цвета спелой вишни. Чёрные вельветовые брюки и замшевые ботинки со шнуровкой, тоже чёрные.

Тёмные волосы разделял прямой пробор. Они были длинноваты на мой вкус, но когда вампир оправлял их, а делал он это с той же изящной небрежностью, что и всё остальное, я забывала о воздухе.

В нём чувствовалась стать, аристократичность, которую я бы приняла за жеманство, если бы не прощупала возраст. Четыре века с хвостиком, всего-то!

Мне доводилось встречать древних магов, но древний вампир — это совсем иное. Его разум впитал в себя историю прожитых столетий. Войны, о которых люди сейчас читали в учебниках, вампир знал в деталях, и эта мысль потрясала воображение.

Как ни старалась, а я не могла не таращиться на него. Каре-зелёные глаза внимательно следили за руками блондинки, но беспристрастно, как смотрят на обыденные вещи. И смотрел вампир на неё лишь для того, чтобы никто не заметил тех взглядов, что он украдкой бросал на Киру.

В пустых глазах каждый раз вспыхивало тепло и обожание, как загорается пламя свечи в холодной темноте. В вампире пробуждалась жизнь — лучшего слова не найти. На это волшебное явление хотелось смотреть и смотреть, но уже секунду спустя его лицо темнело от печали, а на переносице появлялась морщинка.

Это была боль, и настолько густая, что её можно было резать ножом. Похоже, и в мире вампиров бушевали сердечные страсти.

Он почувствовал мой взгляд и повернул голову. Я не успела отвести глаза и угодила в ловушку его сущности. Я так подумала, и сердце интуитивно сжалось, предвкушая образ монстра и подробности его биографии.

Но ничего не произошло — я наткнулась на глухую стену. Вероятно, на моём лице отразилось недоумение — вампир улыбнулся, вернее — просиял, демонстрируя безупречно ровные зубы без клыков.

Умели они, эти старые кровососы, искусно прятать их. В его виде ощущалось удовлетворение, а я заливалась краской, как маленькая смущённая девочка.

Я говорила, что Томас красив? Кажется, только что я нашла того, кто был ещё прекраснее.

Он был по-настоящему красив, той красотой, от которой замирает сердце. А ещё мог одной только мыслью размазать меня о стену.

Изобразив вежливую улыбку, я, как бы утратив интерес, отвела взгляд.

Это потребовало усилий над собой. Зачем нас сюда привезли? Я уже сомневалась, что эти совершенные существа нуждались в нашей помощи. Может, они нас накормят, а потом торжественно сожрут?

Посчитав, что стоять в дверях и разглядывать всех — дурной тон, я вошла в зал. Вивиан последовала моему примеру и подошла к единственному пустующему дивану.

Я не решилась сесть, слишком была напряжена, а она удобно разместилась, разгладив складки платья на коленях. Я прижалась к подлокотнику и продолжила изучать присутствующих.

Справа, поодаль от Киры стоял Джозеф. Он с безучастным видом устроился в тени большого секретера и следил за обстановкой. Скрестив ноги, он прислонился спиной к стене. Окинув нас беглым взглядом, изучил за миг до мельчайших деталей гардероба.

Я только улыбнулась в ответ, и что-то дрогнуло в его пустых глазах. Это было одобрение? Похоже, здесь все умели общаться посредством мимики, не усложняли себе жизнь долгими беседами.