Книга Дым и перья в академии Эгморра. Сказочная ложь, страница 181 – Кира Лин

— Ещё шизанутее, — Том расплылся в слащавой улыбке сердцееда.

Он запустил руку под мой плащ и сорвал её. Для этого рагмарру пришлось с силой меня вздёрнуть и приложить снова о пол. Ударившись головой, я потеряла счёт времени, провалившись в глубокую мягкую тьму.

Когда очнулась, Том со скучающим видом выводил загнутым кончиком ножа узоры на моих ладонях. Секунду спустя я ощутила ужасную боль, и мелькнула мысль — он разрезал меня на куски!

По позвоночнику пронеслась судорожная дрожь. Я закусила губу. Тома раздражало моё молчание. Он хотел слышать стоны и мольбы о пощаде. Ублюдок любил смотреть в глаза жертве, когда она умирает, но на этот раз убивать нельзя.

И он хотел выжать из меня кровь до последней капли, каждый мучительный вздох, крики боли до изнеможения.

Я мысленно позвала Бена. Затем Джоша. Никто не откликнулся, в голове гуляло гулкое эхо, как в пустой морской раковине. Тогда я прикрыла веки, отгоняя приступ паники.

Я выйду отсюда, только когда Шерман вдоволь наиграется. Расслабься, Эшли, и постарайся не раздражать его.

— Как думаешь, он услышит тебя? — заметив, что я очнулась, спросил Шерман.

Он провёл лезвием по плечу и остановил его во впадинке между грудей. Я замерла, но частое сердцебиение выдавало страх, а Тому только этого и было нужно.

Небрежно покачав ножом у меня перед носом, он осклабился. И посмотрел на мою левую руку.

— Может, тебе отрезать один из этих восхитительных пальчиков? Думаю, Бен как-нибудь переживёт, а я люблю оставлять себе трофеи.

Я дрогнула, стиснув зубы, и согнула правую ногу в колене. Оно оказалось в опасной близости от его паха. Том понял, что я собираюсь сделать, и навалился всей массой тела на нижнюю часть моего тела.

И сполз ниже, так, что его лицо оказалось на уровне моего живота. Я приподняла голову, попыталась скинуть его с себя, но это было всё равно, что стараться сдвинуть с места каменную глыбу.

Шерман закатил глаза, чтобы видеть моё лицо.

— Ты знала, что в союзе истинной пары рождаются уникальные дети?

Я нахмурилась и замерла, но даже думать было сейчас больно. Том заметил моё недоумение и расплылся в коронной ухмылке.

— Надеюсь, Бену понравится то, что я для него приготовил. На самом деле, я приготовил подарок сразу для троих, — он приподнялся и задрал мне блузку, оголяя живот. Я вжалась в пол, давясь дыханием. Том взглянул исподлобья уже без тени улыбки. — Тебе, Бену и твоему покровителю. Чтобы он на тебя особых надежд не возлагал.

Резким движением он разрезал блузку. Я задрожала под холодной сталью, скользящей по коже, выводящей узоры. Том с сосредоточенным видом выбирал место для удара.

Я извивалась под ним, стараясь выползти, но он приставил лезвие к солнечному сплетению и надавил. От груди к поясу брюк побежал обжигающий ручеек, из глаз прыснули слёзы. Я больше не могла терпеть боль, но продолжала глотать стоны.

Склонив любопытно голову, Том посмотрел мне в лицо. В его глазах я увидела смерть и муки, которые он долго и методично планировал, терпеливо ждал подходящего момента. Я хотела отвернуться или зажмуриться, но боялась.

Он вогнал лезвие в мою плоть и ждал. Ждал, когда клетки начнут восстанавливаться. Я уже чувствовала, как ножи, пригвоздившие мои руки, обрастают мясом и кожей. Так вот чего хотел Шерман!