Книга Эдельвейс для орка, страница 74 – Лана Воронецкая

А-рррр…

Она вытирает лоб тыльной стороной ладони, размазывая сажу по лицу. Я не выдерживаю. Подхожу к ней, осторожно, словно боясь спугнуть, и большим пальцем стираю тёмное пятно с её щеки.

— Платье всё испачкала, Китти, — мой голос звучит глухо. — Надо научиться управляться с магией.

— Я пробовала, — тихо отвечает она, не поднимая глаз. — Не получается… без тебя.

От её слов внутри всё переворачивается. Я беру её руку, подношу к грязному подолу платья.

— Закрой глаза. Давай вместе. Почувствуй свой источник. Представь, как его тепло течёт по руке, в ладонь. Представь, как грязь просто… исчезает.

Я пытаюсь направить её, но моя собственная сила еле слушается. Проекция ослабла, амулеты пусты. Вся моя магия сейчас — это то немногое, что я взял у моей солнечной девы.

Но у Китти получается!

Грязь на платье начинает таять, оставляя после себя чистую ткань.

А я вкладываю последнюю магию в простой жест — посылаю волну воздуха на её спутанные, пыльные волосы, распрямляя и очищая их.

Белокурые локоны рассыпаются водопадом по плечам.

Какая же красавица, Китти, девочка моя.

— Получилось! — взвизгивает она от восторга и, не думая, бросается мне на шею, целует в щёку. А потом её рука скользит выше, к моему уху.

Нет. Только не это.

Я мягко, но настойчиво отстраняю её, отступая на шаг.

— Иди сюда, — говорю я, чтобы скрыть своё состояние. — Я заплету тебе волосы.

Разворачиваю её к себе задом. Она послушно поворачивается спиной.

Я запускаю пальцы в её шелковистые, чистые локоны, разделяю на пряди и начинаю плести сложную косу, которые орки обычно заплетают своим парам. Потом нахожу в кармане ленточку — ту самую, что досталась от Алии, — и незаметно вплетаю. Просто потому, что больше ничего нет под рукой.

— Идём в дом, Китти, — говорю я, закончив. — Я приготовлю рыбу. А чем это так вкусно пахнет? — втягиваю носом запах трав…

И! тут я узнаю, что это за специфический сбор…

Откуда и зачем эта смесь трав у Китти?

Китти

Мы сидим за столом, который я оттёрла до блеска. Перед нами на деревянных тарелках лежит рыба, запечённая на углях. Золотистая, с хрустящей корочкой, она источает такой аромат, что у меня текут слюнки.

РейТан сам её приготовил. Пока я приводила дом в порядок, он развёл огонь на улице, разделал и зажарил свой улов.

Отламываю кусочек белого, нежного мяса. Оно просто тает во рту, оставляя после себя сладковатое, пряное послевкусие. Невероятно вкусно.

Поднимаю глаза на РейТана и встречаюсь с его тёплым, внимательным взглядом. Он не ест, он смотрит на меня.

— Вкусно? — спрашивает он, и в его голосе слышится улыбка.

Я киваю, не в силах говорить с набитым ртом. Я чувствую, как от рыбы по телу разливается приятное тепло, обостряя все чувства. Аромат травяного чая в моей кружке кажется теперь ещё более насыщенным, прикосновение грубой ткани платья к коже — более ощутимым, а взгляд тёмных глаз напротив просто невыносимо горячим.

Я делаю глоток чая, чтобы скрыть смущение.

— Откуда у тебя эти травы, Китти? — спрашивает РейТан, кивая на заварник.

Пожимаю плечами.

— Я нашла их за печкой. А что не так?

РейТан берёт мою кружку, подносит к лицу, вдыхает аромат. Его пальцы случайно касаются моих, и по руке пробегает знакомая дрожь.

— Луговой вереск, корень умиротворения и лепестки сонной орхидеи, — перечисляет он, возвращая мне кружку. — Это специфический сбор. Наши шаманы используют его, чтобы успокоить и подавить неконтролируемую магию. Особенно у детей.