Книга Еще одна глупая история любви, страница 159 – Кэтлин Дойл

Возможно, это самый потенциально продаваемый сценарий из всех, которые я когда-либо написала, – этакий сценарий в мейнстриме, который у меня никак не получался и которым мой агент пытал меня годами, убеждая выдать нечто подобное. Но я не отправила его моему агенту.

Я пишу его для себя.

В ромкоме сейчас была бы тяжелая минута, где мне приходится заглянуть внутрь себя, чтобы понять свои недостатки и превратиться в ту партнершу, которую заслуживает Сет.

Но я не думаю, что это так в реальности. Понимание моих недостатков никогда не представляло для меня проблемы.

Я просто не могу справиться с развитием отношений.

Я предсказуемо запаниковала, когда Сет сделал предложение. И это было предсказуемо неправильно. Если бы не шок из-за развода Деззи и не жалящая боль из-за безразличия отца, возможно, я сказала бы «да».

Но это не имело бы значения.

Если бы я и сказала «да», это не изменило бы тот факт, что у меня в глубине души спрятан страх перед любовью, это что-то типа закопанной в землю мины, которая в конце концов все равно взорвется. И чем ближе вы находитесь к радиусу взрыва, тем неизбежнее вы будете ранены шрапнелью. А сердце Сета было так близко… Иногда мне все еще кажется, что оно бьется рядом со мной. Тихо, безопасно, мягко.

Может, и хорошо, что мне потребовалось всего пять месяцев, чтобы уничтожить наши отношения. Если бы они продолжались дольше, смогли бы мы вынести разрыв? Потому что сейчас я только просыпаюсь среди ночи и не могу дышать из-за этой потери. Я плачу в ду́ше, потом рыдаю в машине, в бакалейной лавке у меня по щекам текут слезы, болит сердце, и кажется, что с каждым днем все сильнее. Я оплакиваю Сета Рубинштейна. И мне очень жаль женщину, которая несколько месяцев думала, что она вылечилась в достаточной мере, чтобы довериться ему.

И в качестве подарка себе самой я пишу историю этой женщины. Счастливый конец, который мне хотелось бы иметь в реальной жизни.

Приходит сообщение. Каждый раз, когда мой телефон издает сигнал, я надеюсь, что это Сет, затем понимаю, что такого не может быть, и ненавижу себя за то, что продолжаю так дергаться, и совсем не хочу читать сообщение. Если бы не мое желание помочь Деззи, я вполне могла бы вообще отключить телефон.

Сообщение от Элиссы.

Элисса:

Ежедневная проверка. Это у нее теперь такой новый ежедневный ритуал. Она должна удостовериться, что я жива.

Молли:

Все нормально. Дышу. Веду свою обычную жизнь.

Элисса:

Сообщи, что именно делаешь.

Я покорно печатаю сообщение, чтобы доказать: я продолжаю базовое функционирование.

Молли:

Спала пять часов.

Молли:

Ела.

Молли:

Нанесла солнцезащитный крем, поэтому получаю дополнительные баллы.

Элисса:

Пять часов сна недостаточно!

Элисса:

Что ела?

Молли:

Фруктовые колечки.

Элисса:

Это не считается. По крайней мере, сделай С!! (Она имеет в виду Салат.)

Молли:

Прекрати волноваться. Со мной все в порядке.

Элисса:

Не в порядке. ПОЗВОНИ СЕТУ.

Не было ни дня, когда бы она не требовала, чтобы я ему позвонила, причем всегда пишет это заглавными буквами.

— Ты почувствуешь себя лучше, когда прояснишь ситуацию, – говорит она мне. – Вы так любили друг друга, чтобы допустить такой конец.

«Любили» – это неточно сказано. Мои чувства к Сету никогда не будут в прошедшем времени.

Хотя я знаю, что Элисса права. Я в долгу перед ним и не должна молчать.