Книга Еще одна глупая история любви, страница 161 – Кэтлин Дойл

Чувства накатывают на меня волной, когда я печатаю слово «КОНЕЦ».

Я хочу, чтобы Сет это прочитал.

Ему нравятся мои фильмы – возможно, больше, чем кому-то еще на этой Земле. И я знаю, что если бы мы все еще были вместе, он очень обрадовался бы мысли сделать фильм на основе нашей истории. Он ценил бы этот артефакт нашей любви. Он снова и снова пересматривал бы его. Он запомнил бы реплики. Напоминал бы мне, что лучшие придумал он.

У меня звонит телефон. Мама. Утром я вылетаю во Флориду. Вероятно, она в третий раз хочет уточнить, когда встречать меня в аэропорту.

— Привет, – говорю я.

— Приве-е-ет, моя Молли Малолли, – напевает она.

Она уже давно так меня не называла. Это ее особое прозвище для меня, и оно очень сильно напоминает дурацкие прозвища, которые для меня придумывает Сет. Я так по нему скучаю, так разочарована в себе, так вымоталась за последний месяц, просыпаясь в четыре утра, меня просто выбило из седла то, что я только что написала, – и я начинаю рыдать. Сильно и некрасиво.

— Молли! – кричит мама. – Моя сладкая, нет! Что случилось, моя дорогая девочка?

— Сет, – с трудом выдаю я. – Я на самом деле очень скучаю по Сету.

— О, дорогая, как жаль, что я сейчас не рядом с тобой и не могу тебя обнять, – говорит мама. – Но вскоре ты будешь здесь, я о тебе очень хорошо позабочусь, мы прекрасно отпразднуем Рождество, и все будет хорошо.

— Я знаю, – выдавливаю я, но не могу перестать плакать. – Я все испортила, мама. Я такая же, как мой отец.

Я слышу, как она резко вдыхает воздух.

— Нет. Ты не такая. Как ты можешь говорить такие вещи?

— У меня плохо получается с любовью.

— Моя дорогая, это неправда, – очень авторитетно заявляет мама. – Если кто-то на этой планете это и знает, то это я.

— Мама, я бросаю людей, как он. Я просто выбрасываю их вон!

— Молли, послушай меня. Твой отец бросает людей, потому что он просто не способен любить их достаточно сильно. А ты бросила Сета потому, что как раз любишь его слишком сильно. Ты – полная противоположность своего отца.

— Я разбила ему сердце, – давлюсь слезами я.

— И себе сердце ты тоже разбила. Моя любимая девочка, я знаю, что тебе страшно, но на самом деле считаю, что ты должна рассказать ему о своих истинных чувствах.

— Я не думаю, что это хорошая мысль.

— Если я все помню правильно, ты точно так же не считала, что поступила правильно, когда разорвала с ним отношения после окончания школы, – говорит мама.

От этого мне становится еще хуже. Я ненавижу вспоминать то время.

Я много месяцев просыпалась среди ночи, и мне страшно хотелось ему позвонить. Я стала напиваться до потери пульса, чтобы заснуть. Я потеряла девственность с двадцатичетырехлетним инструктором по горным лыжам, а потом спала с разными мужчинами, которые были старше меня по возрасту, чтобы заглушить боль. Но у меня не получалось. Стресс оказался таким сильным, что у меня пучками выпадали волосы и прекратились менструации.

— Тогда ты два года сожалела о своем решении и страдала по Сету, – продолжает мама. – Ты звонила мне каждую неделю и рыдала, и все время отказывалась попробовать с ним помириться. Ты знала, что он обижен, что он страдает, потому что тебе об этом говорили все твои друзья, но ты не могла заставить себя признать, что ты испугалась и допустила ошибку. А ведь ты могла просто сказать ему об этом и решить вопрос. И я чувствую себя очень виноватой из-за этого, Молли, – тихим голосом признается мама. – Потому что я сама тогда была не в порядке. Я отрицательно относилась ко всему, связанному с отношениями, и отмахнулась от твоей проблемы, посчитав ее детской влюбленностью. Мне жаль, что я тогда не смогла тебе помочь. Думаю, что мне следовало убедить тебя попробовать еще раз, попробовать все исправить.