Книга Научи меня плохому, страница 7 – Анель Ромазова

— Я...ну… я … ты сам, скажи какой длины. — бубню запинась.

— Двадцать два сантиметра в спокойном состоянии.

— А в неспокойном? — с опаской интересуюсь.

— В неспокойном, Вась, меня видеть ни к чему. Тебе по крайней мере.

— Двадцать два это? — мои щёки обливает кипятком. На стёкла, выравнивающие моё зрение до оптимальных сто процентов, ложится конденсат. Считай в молочном тумане, следую за Макаром, во всём на него полагаясь.

— Обхват запястья. Очки сними и смело мне доверься, — в голосе слышится смешок над моим скоростным рывком.

Я хватаюсь за его предплечье, буквально на нём повиснув. Оступиться и плюхнуться на колени, мне как нечего делать. Впечататься в столб, тоже невеликая сложность.

Колокольчик мелодично трещит, а в нос ударяет тёплый воздух с ароматами ванили, кофе и духов.

В прогретом помещении, опираясь в основном на слух и твёрдую колонну из подвижных мускулов, телепаюсь до столика. Открываю портфель, чтобы достать салфетку из микрофибры для очков. Отчего промахиваюсь мимо кармашков, попадая в отдел с третьей попытки.

Макар шуршит курткой позади, пристраивая её на вешалку, потом проводит по моим плечам. Перенимает портфель и откладывает его на стул, расстёгивая на мне пуховик и стягивая.

Я ведь не немощная, а вполне самостоятельная. Без ухаживаний обхожусь каждодневно и неплохо справляюсь.

У кого очки не запотевают от перепада температуры? Без них я не совсем слепая. Окружающее плывёт, но очертания вижу и достаточно оформленные.

Выдвигаю стул и сажусь очищать стёкла от влажной росы, пока мне меню не начали зачитывать вслух и громко. Бывало и такое, я нарывалась в аптеке на «тактичных» людей, когда разбила свои окуляры и как-то неловко хлопала по прилавку, пытаясь ухватить сменную пару. Сердобольная женщина подсунула мне её и орала в ухо, думая, что я ко всему прочему глухая.

— А что конкретно, у тебя ко мне за просьба, — спрашиваю, пожираемая любопытством, когда Макар занимает место за столиком, напротив меня.

— Ты всегда такая… конкретная? Не хулиганишь? — посмеивается, заценив мою, до скрипа чинно прямую, осанку. Сам он, откинувшись на спинку, берёт со стола зубочистку. Кладёт на губы и перекатывает.

Чувствует себя вольготно, к моим же плечам и позвоночнику приставили две доски. Вот они — то и не дают расслабиться.

— Преимущественно косячу, — отзываюсь в полушутливой форме.

К нам подходит официантка с меню. Подаёт яркую книжицу ему, мою предусмотрительно протянутую руку, не замечает. Да, и с чего бы, когда от парня пышут привлекательные флюиды и шпарит тестостероном, а она вся такая растакая. Джинсы в облипочку. Ресницы над веками лежат пушистым веером. Сочно-розовые губы и глаза в пол лица.

Короче, красотка первый класс и сама это понимает.

— Что будете заказывать? — крутит филеем, чуть не сшибая, проходящую мимо парочку. Они бы как кегли полетели от верчения хвостом нескромной девицы, но парень успевает обогнуть препятствие и оградить свою спутницу.

— Предложи мне что-нибудь на свой вкус, — трудно не подметить, что у Резника сменяется трек. Он девицу клеит, насаживая на интонацию, перед которой трудно устоять и не покрыться мурашками.

— Что-то мне подсказывает, что вкусы у нас совпадают. Ты как любишь? — кокетничает, миновав шапочное знакомство, официантка переходит к нему на «ты». Не профессионально. Очень! Как обделённый клиент я возмущена.