Книга Грязная подписка, страница 36 – Хантер Грейвс

Медведь смотрит прямо в объектив, и ткань балаклавы на скулах натягивается. В уголках его глаз собираются морщинки. Он улыбается. Устало, но так чертовски довольно.

Прямо мне в ухо, пробиваясь сквозь фоновый шум и маты на заднем плане, вибрирует его баритон:

— Задержали ублюдков. Отмывали деньги.

Камера дергается, кадр перекрывает смазанное пятно тактической перчатки — он выключает запись немного неуклюже, словно совершенно не привык пользоваться фронталкой.

А прямо под видео висит короткая текстовая строчка. Три слова, которые сносят все выстроенные между нами барьеры:

«Меня зовут Влад».

Я зажимаю рот ладонью, вжимаясь спиной в стул. Меня сейчас просто разорвет изнутри от этой концентрированной, почти болезненной эйфории. Воздух в легких становится горячим. Это не просто сообщение, это трофей. Огромный, скрытный силовик, помешанный на контроле, прямо во время зачистки достал телефон, чтобы снять для меня кусок своей опасной жизни. Он сделал это специально для меня.

— Влад... — беззвучно шепчу я, пробуя жесткие согласные на вкус.

Это имя сидит на нем как влитое, как лязг затвора, как этот бронежилет.

Я ставлю короткий ролик на повтор раз за разом. Я гипнотизирую экран, вглядываясь в единственное, что не скрыто черной тканью. Его глаза. Темные, бездонные, с тяжелым, проницательным прищуром. И тут меня осеняет. У меня же есть тот сохраненный отрывок, где он стянул маску чуть вверх. У меня есть его губы, подбородок, щетина и усы. Если соединить эти два фрагмента...

Мои пальцы мертвой хваткой сжимают стилус. Плевать на глаголы. Плевать на Павла Витальевича и его монотонную лекцию. Мой мозг перешел в режим одержимости. Я склоняюсь над планшетом, судорожно открывая новый слой. Я не выйду из этой аудитории, пока не соберу этот пазл и не перенесу на холст лицо моего Влада.

Влад

Мне нужно было как-то сказать Эмме, подготовить ее к тому, что в ближайшее время мы будем общаться гораздо реже. Меня официально сняли с ее дела, повесили на меня эту стерву Соболеву, и теперь мне придется плести целую сеть из левых VPN и скрытых бэкдоров, чтобы оставаться в ее устройствах. Я знал, что кролик без вопросов даст мне все мыслимые доступы к своей сети, стоит только попросить. Я был в этом уверен.

Но сначала мне нужно было до нее добраться.

Прибыв домой после штурма и долгой, нудной сдачи отчетов, я как ошалелый лечу к своей станции. Скидываю куртку прямо на пол и падаю в кресло перед потухшими мониторами. Я не проверял ее активность почти четыре часа. Недопустимо долго.

Два раза бью по пробелу, выводя систему из спящего режима. Экраны вспыхивают. Привычно прогоняю логи ее трафика и сразу лезу на ее страницу на OnlyFans, куда она сливает свои откровенные арты и тексты.

— Кролик выложила новый рисунок... — бормочу я себе под нос, наводя курсор.

Кликаю два раза.

ДЕРЬМО.

Я впиваюсь взглядом в монитор, отказываясь верить собственным глазам. На экране — я. В точности угаданное лицо. Каждая черта, каждый гребаный шрам, который она умудрилась выцепить. Да, она рисовала меня раньше, но это теперь блядский портрет!

Черт, я же знал, что не стоит этого делать! Знал, что нельзя светиться! Но нет, повелся как сопливый пацан, решил поиграть в романтику перед боевым выездом. Старый идиот. Доверился девчонке-иностранке с планшетом. Моя физиономия, пусть и нарисованная, сейчас висит на западном ресурсе с тысячами подписчиков.