Книга Грязная подписка, страница 43 – Хантер Грейвс

Влад

— Владос! Присмотри за шашлыками, я ссать хочу! — орет через весь участок мой старший брат, бросая щипцы на край мангала.

— Иду, зассыха, — хмыкаю я.

Спускаюсь с веранды, зажимая меж губ сигарету, и методично переворачиваю шампуры, от которых поднимается аппетитный дым. На следующее утро после того идиотского «свидания» мне пришлось мчать на дачу к родителям. Выходные, семейный ужин, от которого не отвертеться.

Но расслабиться я не могу. Ни на секунду. Все последние дни я только и делал, что убивал время за ноутбуком, пытаясь взломать защиту ее сети, чтобы снова видеть ее как на ладони. Я настолько поехал крышей, что влез в систему через защищенные рабочие каналы. Меня, естественно, быстро вычислили безопасники.

Хорошо, что полковник, еще служивший с моим отцом относится ко мне неплохо. Дело ограничилось жестким выговором и предупреждением. Надо быть осторожнее, иначе полечу со службы с таким треском, что мало не покажется.

Эмма молчит. Ничего не пишет, не выходит на связь и не выкладывает арты в свой блог. Похоже, всё ее вдохновение улетучилось вместе с моими возможностями слежки. Я пытался дозвониться на тот одноразовый номер, но абонент всё еще недоступен. Хоть бы она просто выспалась. Завтра у нее этот чертов экзамен по языку.

Но вот что делать дальше?

Я погиб. Я осознаю это с пугающей ясностью. Я безумно хочу тонуть в ней, запереть в своей берлоге и обладать без остатка. Но я должен понимать, к чему всё это должно привести? Мы из разных миров.

— Тася, не ешь снег! — раздается звонкий голос моей сестры Насти, которая с криками бежит за своей дочкой — моей неугомонной, вечно пачкающейся племянницей.

Я смотрю на них, затягиваясь горьким дымом, и вдруг ловлю себя на абсурдной мысли: а вписалась бы моя розоволосая бестия в эту шумную, простую семейную жизнь? Смогла бы она вот так же бегать по участку, смеяться, стать... матерью моих детей?

От этой мысли внутри всё переворачивается. Я усмехаюсь собственным фантазиям, тушу окурок в мангале и возвращаюсь на веранду.

* * *

— Влад, убери телефон! Даже Серафим убрал его! — кивает мама в сторону моего тринадцатилетнего племянника, который послушно сует смартфон под стол.

Стол ломится от еды, пахнет так, что можно захлебнуться в слюнях. Обычное, шумное семейное застолье. Я быстро отправляю еще одно сообщение на одноразовый номер Эммы и убираю гаджет в карман, надеясь хоть немного почувствовать скорую вибрацию, если она вдруг решит ответить.

Первые стопки шумно стукаются, но не моя. Пить сегодня не хочется от слова совсем. Да и я в целом не любитель.

— Братан, опрокинь стакан с нами! Че ты сидишь с кислой миной? — хлопает меня по спине Саша, один из моих младших братьев.

— Не, я пас.

— Ой, вы вообще не пьете? — хлопает напротив глазками та самая Николь, нарядно одетая девушка, которую мне сватают с самого начала ужина.

Но мать меня никогда не слушает, а тем более сейчас, когда у нее уже развязался язык под бокал домашнего вина. Как раз она проходит мимо меня и по-матерински обнимает за плечи.

— Да что, дорогая, как говорится, ни капли в рот, ни сантиметра...

— Мама! — кричат в один голос все семеро детей, присутствующих за столом.

Лицо Николь мгновенно заливается пунцовой краской, а отец и дядя Толик только заливаются громким, одобрительным смехом.