Книга Внимание, разряд, страница 27 – Александра Седова

— Зачем меня привезли? — с осторожностью, выжидая подвоха, как будто в любую минуту на меня могут накинуться, слежу за каждым её движением. Я врач, а не борцуха. Бороться и драться не умею. Я спасаю людей, а не дерусь с ними. Возможно, если знала хотя-бы пару приемов, сумела бы отбиться от бандитов, что меня привезли.

— Я хотела на тебя посмотреть, — в её приторно-сладком голосе засквозил яд ненависти. — Признаться, я совершенно по-другому тебя представляла.

— Пятидесятилетней врачихой?

— Наоборот. Я думала, ты красивее.

Оскорбления? Что я ей сделала?

— В следующий раз, если захочешь встретиться, звони 112.

— Не дерзи, — приказывает, срываясь. — Я просто пытаюсь понять, что в тебе настолько привлекло моего братика, что он привёз тебя в свой дом. В дом, туда, где живут, впускают только самых близких.

— Акмаль? — озаряет догадка.

— Он даже имя своё назвал, удивительно, — хмыкает с претензией.

Они даже внешне не похожи. Какая она сестра? Хотя так иногда бывает, что родные братья и сёстры могут кардинально отличаться внешне. Гены — очень сложная вещь.

— Я после суток очень устала. Могу ехать домой, раз просмотр закончился?

— Ты наглая. Акмалю такие не нравятся. Он любит, когда девушки молча опускаются на колени, чтобы целовать его ботинки. Не понимаю! Ты даже внешне не в его вкусе.

— Серьёзно? Ты похитила человека, чтобы просто посмотреть, с кем трахался твой брат?

— Я беспокоюсь о своей семье, — натянув губки, улыбается. — Ладно, можешь ехать. Но предупреждаю: держись от моего братика подальше. Если он появится ещё раз, испарись, исчезни, хоть убейся!

Разве бывает такая ревность к братьям? Думаю, что нет.

— С радостью! — смело и дерзко. Развернувшись, покидаю зал, быстрыми шагами иду по коридору обратно.

Слишком дорого мне обходится секс на пианино. Приходится расплачиваться нервными клетками, страхом и лишением сна. Я бы уже давно спала в своей постели, но приходится добираться до дома в метель.

Бандиты вывезли меня за пределы посёлка и высадили на первой остановке. В такую погоду автобусы практически не ходят. Вероятность, что я дождусь транспорт, равна тому, что я окоченею от холода и мой труп обнаружат только весной, когда снег растает.

Мётёт так, что автобусная остановка стремительно превращается в большой сугроб. Снежные хлопья падают густо, словно пытаются похоронить всё живое под своим белым покрывалом. Ветер пронизывает до костей, а видимость сокращается до нескольких метров — кажется, будто мир за пределами этого снежного вихря просто исчез. Как на зло, нет ни одной машины. Я не знаю, где нахожусь и в какую сторону двигаться, чтобы выйти на более оживлённую трассу.

Да и сомневаюсь, что смогу дойти. На остановке я хотя бы могу спрятаться от ветра, а выйду — и точно пополню списки пропавших без вести.

Уже не чувствую рук. Ногам не просто холодно — они болят от мороза. Я ощущаю, как замерзают кости в пальцах. Пытаюсь прыгать, стучать пятками и носками о землю, чтобы разогнать кровь. Но она остывает.

Что нужно делать в таких ситуациях?

Звонить в службу спасения! Не стесняться, не бояться, что будут ругать за ложный вызов. Когда есть угроза жизни — а смерть от переохлаждения как раз является угрозой, — они обязаны отреагировать и спасти.

Достаю телефон из сумки. Пальцы закоченели, не сгибаются. Сенсорный экран не реагирует на прикосновение холодных рук. Пытаюсь согреть их дыханием. Трясёт уже так, что это больше похоже на удары электричества, чем на дрожь от холода.