Книга На цепи, страница 29 – Анна Жнец

— Госпожа, — шепнул Флой мне в ухо, посылая по телу дрожь. — Асаф.

Он бережно опустил меня на большой теплый камень. Полностью голая, я лежала перед эльфом, как невеста на брачном ложе.

Пока дроу ходил за мылом и зачерпывал ковшиком воду, я наслаждалась видом его крепких, поджарых ягодиц.

— Ты находишь меня красивой, Фло-ой?

— Человечки омерзительны, — страстный, обжигающий взгляд прошелся по моему нагому телу. — В вас нет изящества и стати эльфиек, их воздушности и утонченности.

Его член дернулся. На головке росинкой собралась капелька влаги.

Остроухий лгунишка перевернул черпак и медленно повел рукой вдоль моего тела, поливая водой грудь, живот, подушку волос в паху. Там он задержался дольше, чем где-либо.

— Красота человеческих женщин грубая и вульгарная, — шепнул он, словно не осознавая, что говорит вслух. — Животная.

— Грубая и вульгарная, но все-таки красота, — подловила я его и тихо рассмеялась.

Флой вздрогнул, будто вынырнув из своих мыслей.

Купаясь в его злости, я согнула и развела ноги. Моя женственность распустилась для него цветком.

— Я приказала вымыть меня везде.

Эльф зарычал. Ножом по мне полоснул его яростный взгляд.

— Ненавижу!

Ковш с грохотом стукнулся о пол, а в следующий миг сильное, могучее тело придавило меня к гранитному ложу.

Флой накрыл меня собой. Втиснулся бедрами меж моих расставленных ног. Мои груди расплющились о его каменный торс.

— Я не твой постельный раб, женщина.

— Поэтому ты сейчас лежишь на мне и твоя мужская гордость упирается мне в промежность?

На моих губах осел его хриплый рык. Пальцы дроу грубо зарылись мне в волосы и потянули за них, заставив выгнуть шею.

— Моя плоть слаба, — попытался оправдаться он: не передо мной — перед собой. — Она предает меня. Тебя желает мое тело, но не мой дух.

— Бедняга, и как только тебя угораздило возжелать мерзкую человечку? Не изящную, не утонченную, не воздушную.

Флой раздул ноздри. Я напряглась, почувствовав, как на влажный вход надавила головка члена. Она показалась мне пугающе огромной. Язвить расхотелось.

— Не волнуйся, госпожа. Я хоть и зол, но постараюсь быть нежным, ты ведь впервые отдаешься мужчине.

С этими словами он наклонился к моему лицу и несколько секунд жадно смотрел на приоткрытые губы. Я ждала поцелуя, этот алчный взгляд обещал его, но ушастый упрямец не пошел на поводу у своих желаний — крепко стиснув зубы, он качнул бедрами.

Больно!

Вскрикнув, я вонзила ногти в плечи своего любовника. Тугие женские мышцы сжались, но тут же расслабились, уступив яростному напору.

Толчок. Еще толчок. Желтые глаза закатились от удовольствия, глубокая вертикальная складка прорезала серый лоб.

— Все еще ненавидишь? — простонала я.

Флой молча накрыл мои губы ладонью, чтобы я больше ничего не смогла сказать.

Флой двигался надо мной. Размеренно качал бедрами. Шипел сквозь сжатые зубы, словно не желал показывать, насколько ему хорошо. Держался изо всех сил, чтобы не стонать, громко и сладко, не сорваться в бешеный темп, не завыть от удовольствия, но я видела, что эта притворная холодность дается ему с трудом.

Вены на лбу эльфа вздулись, глаза были зажмурены, на лице ходили мышцы. Иногда Флой забывался и стискивал меня в сокрушительном объятии или нежно проводил носом по моей щеке, но потом вспоминал, с кем он и в каком статусе, и резко подавался назад, приподнимаясь на вытянутых руках. Выставлял между нами преграду из воздуха и своего упрямства.