Книга Землянка для наемников, страница 116 – Тина Солнечная

Я не хотела, чтобы мои мужчины жалели меня.

И уж точно — не хотела, чтобы они думали, что кто-то другой смог дотронуться до того, что принадлежит только им.

И вот теперь я стояла, растерянно глядя на эту карточку, а за спиной — тишина и отстранённые взгляды.

И всё, что я чувствовала — это страх. Страх, что они отвернутся от меня.

Вэлк стоял, крепко сжав челюсть, глаза были колючими, будто он пытался удержать что-то внутри. Его голос прозвучал глухо, сдержанно, но в каждом слове чувствовалась боль:

— Неужели тебе не хватает пятерых мужей? Или… с нами настолько противно?

Я застыла на месте. На секунду показалось, что не слышала. Что он не мог этого сказать. Но он не отводил взгляда, и я видела в его глазах не злость. Нет. Разочарование. Боль. Ожидание предательства.

Я подошла к нему. Медленно. Он не двинулся с места. Только хмурился, будто готовился к удару.

— Вэлк… — прошептала я. Подняла руки и закрыла ладонями лицо. На миг. Просто на миг. Собраться. Не расплакаться.

Потом посмотрела на него, прямо. Словно в последний раз:

— Я никогда вам не изменяла.

— …

Он молчал. Не опустил взгляд, но и не шагнул ко мне. Я кивнула, как будто приняла его молчание за ответ. Или приговор.

— Можете не верить.

И развернулась, уходя в спальню.

Тишина тянулась за мной по коридору, словно невидимый шлейф. Тяжёлый. Остроконечный.

Я зашла в спальню, медленно закрыла за собой дверь, прислонилась к ней спиной и позволила всему, что копилось внутри, тяжело вырваться наружу через дрожащий выдох.

Комок подступил к горлу, но я сдержалась.

Скользнув взглядом по комнате, я подошла к кровати и, не раздеваясь, опустилась на край. Подтянула колени к груди… а потом ладони сами легли на живот.

— Что же нам теперь делать, малыш… — прошептала я, проводя пальцами по ткани, будто ощущая под ней крошечную жизнь.

Я не знала, как объяснить, не знала, как всё исправить, не знала, что будет дальше.

Я просто знала, что внутри меня — нечто большее, чем страх. Больше, чем обида.

Ответственность. Любовь. Желание остаться.

Но как убедить их, если каждый мой шаг теперь выглядит, как ложь?

Я сжалась сильнее, укрыв живот ладонями, словно надеясь, что он подскажет, как быть.

— Мы справимся, да? Только бы они поверили… Только бы остались.

Дверь открылась, и я вздрогнула, поспешно убирая руки от живота. В комнату вошёл Саэт — его шаги были бесшумными, но воздух будто стал гуще от его присутствия. Он остановился у порога и долго, слишком долго смотрел на меня, как будто пытался заглянуть внутрь.

— Я хочу знать правду, — его голос был тихим, но в нём звенело напряжение. — Почему ты так поступила?

— Какой смысл объяснять, если ты всё равно не веришь? — я устало опустила плечи, но взгляда не отвела.

Он подошёл ближе, так что между нами не осталось ни капли пространства. Его рука коснулась моей шеи — не грубо, а почти бережно. Большой палец медленно провёл по моему подбородку, заставляя меня приподнять лицо.

— Посмотри на меня, — прошептал он.

Я уже смотрела. На его глаза, полные неуверенности, обиды… Боли.

А в следующее мгновение его губы накрывают мои. Его губы были горячими, голодными, но за этой жадностью скрывалась боль. И я ответила. Сначала осторожно, потом с той же отдачей, обвив руками его шею и прижавшись ближе.