Книга Кровь Геркулеса, страница 122 – Жасмин Мас

Я шла дальше через лес, но реакция животных оставалась все такой же странной.

Другие дебютанты спокойно общались с мирно гуляющими животными, но стоило существам завидеть меня, и они все разбегались в разные стороны.

Через час мне надоело играть роль изгоя в глазах матери-природы, и я рухнула в невысокую траву на берегу озера.

Я думала, что Неро и Пэпэ ненавидели меня, потому что похожие чувства испытывали их хозяева.

Но больше я не была в этом уверена.

Мне казалось, что причина во мне.

Из воды на берег выполз аллигатор (тираннозавр?) с метровыми шипами, но, увидев меня, резко развернулся и в панике убежал назад в воду, разметав волны брызг.

На глаза навернулись слезы.

Почему животные ведут себя так, будто я какое-то страшное чудовище?

Видимо, меня трудно было полюбить.

Над головой жужжали фиолетовые пчелы и порхали неоново-голубые бабочки.

— Хочешь быть моим покровителем? – жалобно прошептала я, обращаясь к толстой пчеле, которая едва могла удержать свое пушистое тело в воздухе.

Она сдалась и по спирали спустилась на землю.

Бабочка приземлилась на кончик моего носа, а круглый жук с красивыми розовыми отметинами и длинными желваками устроился на моей руке.

Хотя бы насекомым я нравлюсь.

Жук укусил меня. Сильно.

Я закричала от боли и в ужасе зажала рот рукой, опасаясь, что разозлила монстра, о котором предупреждал нас Клеандр.

Наступила тишина, а затем раздалось леденящее душу рычание.

Душа ушла в пятки.

Отлично, Алексис, ты добилась своего. Ты нелюбима. И мертва.

— Никс, – прошептала я, – прости. Ты не похожа на слизняка. Ну разве что только после еды. Я люблю тебя и надеюсь, что ты проживешь удивительную жизнь.

Опасный звук раздался еще ближе, и птицы, сидевшие на дальнем берегу реки, взмыли в воздух.

Я замерла.

Справа от меня зашуршали высокие травы, и я прищурилась.

Паника сжала сердце тисками.

Между стеблями беззащитно сидела маленькая белая собачка, навострив висячие уши. Убегай, малыш, пока зверь тебя не схватил.

Крошечное существо открыло пасть, оскалив острые клыки, слишком большие для его рта, и издало свирепый рык. Неважно, ты и есть зверь.

Облегченно вздохнув, я села на землю.

Зверь слегка прищурил глаза и низко присел.

— Иди сюда… ты… животинка, – шепотом позвала я, не желая расстраивать бедное создание.

Другие животные в Зверинце демонстрировали свои уникальные особенности в грациозной, впечатляющей манере, но эта… собака?.. выглядела так, будто ей пришлось пережить тяжелые времена.

Я ее не осуждала, потому что сама переживала черную полосу.

Из плеч и задницы существа торчали клоки бесформенного белого меха, а по бокам морды – чрезмерно длинные клыки. Лапы казались на десять размеров больше крошечного тела.

Если прищуриться и не обращать внимания на гигантские клыки, пучки меха, светящиеся фиолетовые глаза и ужасающее рычание, он выглядел почти как щенок хаски.

— Как тебя зовут? – прошептала я.

Он щелкнул своими неправильной формы клыками в сторону растения и яростно затрясся.

— Молодец, ловко ты убил этот одуванчик.

Демонстрируя чистое охотничье мастерство, существо набросилось на другой ничего не подозревающий цветок и хищно куснуло.

Облачком разлетелись пушистые белые семена.

Я шагнула к нему, протягивая руку.

Он сделал шаг назад и издал низкий предупреждающий рык.