Книга Кровь Геркулеса, страница 140 – Жасмин Мас

Он сжал пальцы, и дышать стало еще тяжелее.

Его губы приблизились к моему уху.

— Это не игра, Алексис, – он произнес мое имя, словно признавался в грехе. – Я знаю, кто ты.

Это из-за моей встречи с Зевсом?

Он продолжал душить меня.

Я была в его власти.

Попалась в его ловушку.

Тепло разлилось внизу живота, и зрение затуманилось, словно во сне. Запах озона опьянял. Между нами мелькали невидимые электрические искры.

Теплые губы прикоснулись к моему уху.

— Ты даже не представляешь, что ты натворила своим маленьким представлением. Что ты спровоцировала…

По позвоночнику пробежали мурашки.

Он глубоко вдохнул, а затем издал гортанный стон, словно не мог больше сдерживаться.

Он тяжело задышал, силясь взять себя в руки, и сказал:

— Черт подери, ты меня бесишь.

Его слова вывели меня из транса.

Я вывернулась из его хватки и упала обратно в кабинку.

— Оставьте м-меня в покое, – из последних сил вымолвила я.

— Эй, отвали от нее! – крикнула Лена и толкнула его локтем в живот.

Чтобы дотянуться до меня, Август нагнулся над ней, поэтому от удара он отпрянул назад.

— Спасибо, – прошептала я ей. Руки тряслись.

— Что он тебе сказал? – с любопытством спросила Лена, но я не отводила взгляда от стола, так как он все еще стоял у нее за спиной. Смотрел. Ждал.

Он был готов сломать мой разум и подавить мою волю.

— Ничего хорошего.

Ничего, что имело бы хоть какой-то смысл.

Орон обхватил меня за плечи и прижал к обнаженной груди. Он прикасается ко мне. Он очень активно прикасается ко мне.

Я замерла.

Стало еще труднее дышать. Казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Мир поплыл у меня перед глазами.

— Я держу тебя, Алексис, не волнуйся, – сказал Орон. – Мы не позволим ему навредить тебе.

Я скорчила гримасу и попыталась встать, но он удержал меня.

Пот стекал по виску, я не могла вдохнуть полной грудью, а зрение становилось все туманнее. Меня одолевала слабость.

Сирены и Спартанцы уставились на меня.

Комната кружилась.

— Ты в порядке, дитя? – спросила Никс. – Мне укусить его?

Паника усилилась.

— Мне нужно выйти из кабинки, – прошептала я.

Лена быстро встала и помогла мне покинуть место за столом, придерживая нежными руками.

Пошатываясь, я встала.

Вот только Орон шел за мной. Он прижался ко мне сзади, шепча банальности в волосы.

Прежде чем я успела что-либо предпринять, Август схватил Орона за шею и оттащил от меня.

— Как ты смеешь к ней прикасаться? – прорычал Август, а затем швырнул мужчину через всю комнату, словно тот ничего не весил. – Если кто-нибудь хоть пальцем тронет Алексис, им придется иметь дело со мной! – прорычал он на всю комнату.

Я в ужасе уставилась на своего профессора – человека, который меня ненавидел.

Что, черт возьми, он делает?

Он расстегнул пиджак, демонстрируя оружие на груди.

Паника парализовала легкие.

Я попятилась назад.

Согнувшись пополам, я стояла, упираясь руками в колени, тщетно пыталась вдохнуть и не переставая шептала Лене:

— Прости, прости, прости.

Со мной что-то происходило – я потеряла контроль.

Я больше не летела.

Я падала.

Что, черт возьми, амброзия делает с человеком? Ощущения были как от чистого адреналина, но в разы хуже.

На шум начали оборачиваться Спартанцы и сирены.

Стыд жег грудь.

Прежде чем я успела придумать какое-то объяснение (вспомнить, как говорить), Август шагнул в мое личное пространство.