Книга Вне правил, страница 10 – Анель Ромазова

Лыбится коза драная и пожимает плечами.

— Ох, не похож ты на принца, — хихикнув, что-то невнятное выдает, — На птицу.

— На птицу? — дублирую, основательно озадачившись.

— Ага, на гуся в яблоках, которого на блюдо выложили и вилками тычут, — умостив на бревно поднос, придерживает его коленкой. Достает из — за пазухи мой айфон.

Сука! Она его распоролила, а там, не ебаться, сколько компрометирующей инфы.

— Натан, я надела самое красивое белье, — с восклицанием зачитывает.

— Натан, где ты…

К нему добавляет театральное страдание, якобы от сердечных мук мается.

Стерва!

— Натан, почему не отвечаешь..

Если у нее цель — раздраконить до невминяемого состояния. Поздравляю! Добилась.

— Знаешь, сколько тут сообщений. Двести. Твоей невесте заняться больше нечем? — закончив ерничать над, скопившимися месседжами от личинки, делает лицо сочувствующим и презрительным, — Ты еще и подкоблучник, — для усиления эффекта, тяжко вздыхает. Словно возиться со мной неподъемная тяжесть.

— Я тебе язык вырву! — рявкаю, высекая дрожь из земли.

Ясе, хоть бы хны.

— Так, не дотянешься же. Силенок не хватит. Ешь овсяную кашку, пока не остыла. Пей морсик. Через полчаса вернусь и проверю. Тарелку за собой вымоешь, в нашем санатории прислуги нет, — гримасничает, пользуясь своей недоягаемостью.

Убью же ведьму, ну!

— Это типа не все включено? Плохо подготовилась, — вставляю назидательным тоном.

— А я не готовилась. Экспромт.

— Тебе что от меня надо? Говори прямо, — выпихиваю сквозь сжатые зубы.

— М-мм, — выпятив губы, крутит светлой шевелюрой и мычит. С меня уже скоро кожа кусками начнет отлетать от распирающей злости, — Мне надо, чтобы ты хорошо соображал. Вот, — щелкнув языком, как бы финалит сказанное.

Откровенный наезд на мои умственные способности, слету срывает шлагбаум. Несусь на нее, как лишенный тормоза сапсан, оглушительным ревом предупреждая, что в лепешку раскатаю. Без какого — либо осмысления своего заведомого поражения.

Строгая отлетает метра на три, еще до того, как я цепь до упора натягиваю.

— Ничего не путаешь, Царевна-лягушка!!! — хриплю злостно, пуская шипящий пар из ноздрей.

— Неа, — присев на корточки, срывает с низкого кустика большуший лист. Я далеко не натуралист и в растениях не разбираюсь, кроме мариванны, на внешний вид мало что из зелени опознаю. Белогривая вертит лист в пальцах, а затем бросает мне в харю, — Лови, лопух! — в издевке ясно слышу, что она меня лопухом кличет, — К головке приложи целебную травку. Воспаление снимает. К нижней или верхней — сам решай, где больше бо-бо.

Угрюмо зырю, как она не нарочно виляя жопой, вышагивает по тропинке к самой отстойной халупе из всех, что я видел. Гуляю взглядом по ее пропорциональным, загорелым ногам. Снова возвращаюсь к заднице, соблазнившей меня при первой встрече. Знать бы к чему приведет — хрен, когда на нее позарился.

Жопа — супер! Что-то среднее между «кровь с молоком» и «инста-самка» Ебически- потрясная.

Разряжаюсь в воздух громким фырканьем, как жеребец, застоявшийся в стойле, только что копытом не бью.

Кто — нибудь, объясните мне непонятливому.

Что, твою мать, тут за балаган?!