Книга Тебя одну, страница 168 – Елена Тодорова

Пока я ловлю дыхание, бабуля демонстрирует мне одну из карт.

Семерка кубков.

Обман. Мираж. Капкан восприятия.

— Как жить тогда? — шепчу, искренне пытаясь понять.

— Ты лучше меня знаешь ответ на этот вопрос, — выдыхает Ясмин. В уголках ее губ появляется тень улыбки — не снисходительной, а той, что приходит с пониманием неизбежного пути каждого. — Я ведь тоже учусь, совершая новые открытия каждый день… — слегка качает головой, будто напоминая себе о чем-то важном. — Развитие бесконечно — вот что ценно.

Я молчу, вглядываясь в нее, ловя каждое слово.

— Ты знаешь ответ, но не позволяешь себе принять его, — акцентирует бабушка повторно. — Живи — все, что я могу тебе сейчас посоветовать. Не страдай, а живи, — выдерживая паузу, дает этим словам осесть в пространстве. — Глубочайшая ошибка, которую может совершить человек — это сгноить себя на позиции жертвы или мстителя. Все негативные эмоции находятся за пределами истины. Душа знает, что правильно. Дай ей вести тебя.

Я втягиваю воздух, но не отвечаю. Только киваю и выхожу.

Сажусь в машину, выбираю музыку и еду к ресторану, в котором должна встретиться с Димой. Обычно кайфую от самого факта поездки, но сегодня волнуюсь, а потому витаю в облаках. Вспоминаю реакции людей на Ясмин — она же у меня яркая личность: дреды, трубка, амулеты, — когда мы с ней выходим из фиолетового Ламборгини где-то на парковке. И тут же переключаюсь на подвиги Фильфиневича, потому как очередной перфоманс он устроил как раз в ТЦ, когда мы были с бабушкой вдвоем.

Удивляюсь ли я, заметив у двери Варю с Лизой? Да нет, конечно. Здороваюсь с ними, знакомлю с Ясмин, перекидываюсь еще парой незначительных фраз, договариваюсь как-нибудь встретиться и иду по своим делам.

Но едва мы оказываемся в основном зале, на табло вспыхивает крупная красная надпись. Нет шансов не заметить, но тем не менее Фильфиневич, усиливая момент, озвучивает заявленное через микрофон.

— Она появилась в моей жизни в вязаных шортах… Настало время отдать дань уважения этой эпохальной вещи.

Сразу после, едва меня прошибает дрожь, врубается музыка.

Hot Chocolate «You Sexy Thing».

С первыми аккордами прожектор выхватывает пятерку парней.

Фильфиневич, Шатохин, Прокурор, Темыч, Бойка.

Шикарные экземпляры, не поспоришь. Но, Боже мой, одеты все, как один, трешово — в вязаные жилетки-разлетайки и вязаные брюки-клеш.

Чертов кринж!

Не представляю, как Дима подбил их всех? Вот что значит дружба!

Прикрываю рот ладонью, чтобы не заорать чаечкой.

Люди останавливаются, тычут в них пальцами, смеются и снимают на телефоны.

Дима инициирует начало танца. Остальные за ним повторяют. Хореография, конечно, простейшая, но с их телами и бесконечными движениями бедер это позерство превращается в то самое шоу, которое способно разжечь огонь в любой женщине.

И эти костюмы… Я не могу!

На очередном ковбойском синхронном выпаде тазами откидываю руку и откровенно хохочу. А щеки, между тем, так и пылают.

— По-моему, эти мальчики хотят к тебе в команду, — шутит Ясмин, прекрасно зная, что и зачем они делают.

Дима в центре. Медленно приближается ко мне. Утаскивая в водоворот ритмов, заставляет пританцовывать на месте и хлопать.

Ох уж эта наглость… Демонстрация рельефных торсов. Плавно извиваются. Самоуверенно. Сексуально.