Книга Два босса для Снегурочки, страница 38 – Tommy Glub

А как у них взять анализы?

Может, это и к лучшему, Может, пора всё прояснить. И потому отправляю им смс одинакового содержания:

«Заедь утром в клинику и оставь анализы для теста ДНК. Я предупредила персонал. Не хочу, чтобы Тёма пока что с вами пересекался.»

А ещё адрес клиники, кабинет врача, с которым договорилась перед смс, и время. Если уж и сигать в прорубь, так сразу, без раздумий.

Домой возвращаюсь затемно, меня встречает меня запах горячего чая. Тошка в фартуке озабоченно колдует над сковородкой, Таня нарезает овощи, а Тёма гоняет машинки по ковру в гостиной. Казалось бы, идеальная семейная картина — но внутри меня всё бьётся тревожным эхом.

— О, ты рано, — улыбается Таня, убирая прядь волос за ухо. — Как дела на работе?

Я лишь неопределённо киваю, стаскивая пальто и ботинки. Воспринимать расспросы не хватает сил. В голове ещё пульсирует вопрос, как подготовить всех к возможному появлению «папы Тёмки». Семья должна нормально воспринять это.

Тут больше дело в самих… Папках.

За ужином я пытаюсь болтать с Тёмкой, интересоваться его днём, а брат с сестрой чувствуют, что со мной что-то не так, но не лезут с вопросами. Когда мы заканчиваем есть, я прошу сына:

— Дорогой, иди включай мультик, мы сейчас подойдём.

Мы выходим втроём на балкон — чтобы сын не слышал через тонкие стены. Там прохладно, но мне кажется, так даже лучше: холод отрезвляет. Тошка закурил.

— Я сегодня решила сделать тест, — начинаю медленно.

Тошка с Таней застывают, словно не веря в то, что услышали. Секунду стоит напряжённая тишина, потом Таня цепляется взглядом за меня:

— Тебя заставили?

— Нет. Похоже, просто придётся, — выдыхаю я и опускаю плечи. — Я им сказала, что папа — один из них. А теперь нужно убедиться чей именно.

Тошка выпускает ругательство, прикрывая глаза рукой:

— Он требует, чтобы ты доказала, чей сын Тёма? Да как вообще…?

— Да нет, он вроде не «требует». Ни он, ни второй, Адам, — я осеклась, чувствуя, как внутри всё сжимается.

Таня шумно выдыхает, качая головой:

— Хорошо. Делай как считаешь правильно. Ты сама знаешь, мы поддержим. Ты сама-то уверена? Одно дело — это эмоции. И совсем другое — разумное решение проблем.

— Пока нет, — говорю я приглушённо. — Но рано или поздно это нужно будет сделать.

— И что ты скажешь Тёме? — задаёт самый сложный вопрос Тошка.

Мне невыносимо тяжело ответить. Я понимаю, что должна как-то объяснить сыну сдачу анализа, но не вдаваться в подробности. Но и обманом заниматься не хочу. Может, сказать, что это что-то вроде «медицинской проверки», которую делает мама на работе? Но это будет выглядеть подозрительно. Всё будет выглядеть подозрительно. А ему не пять лет.

— Я ещё не решила, — отвечаю я наконец. — Но это нужно сделать. Я не хочу врать ему всю жизнь.

Наступает тягостная тишина. Тошка и Таня переглядываются, потом брат кладёт руку мне на плечо:

— Тая, мы с тобой, что бы ни случилось. Будем рядом. Если что, заберём Тёмку и умчим подальше, пока ты не разрулишь с этими… мужиками.

Я грустно улыбаюсь: как же здорово, что у меня есть такие родные, готовые даже вот так, на бегу, вытянуть меня из ситуации. Вывезти все мои проблемы.

Вернувшись, мы смотрим мульт, а после я укладываю Тёмку и замечаю, как он искоса смотрит на меня своими пытливыми глазами. То ли чувствует, что меня что-то беспокоит, то ли просто устал. Перед тем, как он засыпает, я глажу его по волосам: