Книга Ты будешь наказана, страница 69 – Ада Ридель

Мне страшно. Сделать хоть одно неверное движение. И если и знаю, что он меня не убьёт… Он точно оставит мне неизгладимый след на будущее. А как только я вырвусь из его плена… Хочу нормальной жизни.

Забыть всё так же, как и первые восемнадцать лет своей жизни.

И вот если я все года, что жила рядом со своей семьёй — мечтала вспомнить прошлое… То сейчас, хочу сделать это ещё сильнее.

Чтобы доказать Арсанову… Что я не та, кем он меня считает.

Я так и не смогла уснуть. Ни остаток ночи, ни под утро. Только когда Арсанов проснулся и выпустил из своих тисков. Ушел в ванную, и я, наконец, расслабившись, задремала на каких-то двадцать минут, пока он не вернулся снова.

Ходит какую-то минуту, пока его внимание не привлекает моя вздымающаяся фигурка.

— Не обманывай, я знаю, что ты не спишь.

Я открываю глаза и спокойно произношу:

— Я и не скрываю.

Видимо, из-за разбитого состояния мне сейчас абсолютно всё равно.

— Если не собираешь спать — вставай.

— Куда?

— Завтракать.

Он говорит это так легко, непринужденно, будто не он убийца, маньяк и психопат в одном лице. Что вчера едва не скинул меня с крыши.

— То есть, — привстаю на локтях и сажусь. Прикрываюсь одеялом. Помню, что её обнажённая. А он водил руками по моему телу всю ночь. — Ты вот так просто? Вставай и пошли поедим?

Арсанов стоит ко мне спиной и накидывает белую майку, скрывая то, что всю ночь прижималось к моей спине.

Оборачивается ко мне и с какой-то иронией в голосе, подшучивает:

— А я должен был проснуться, — сдвигает брови вместе. — Схватить тебя и давай трахать? Странное у тебя представление об утре у бандита.

Здесь не представление странное, а ты, которому может в голову прийти все, что угодно.

К сожалению, эти слова остаются у меня глубоко в голове.

Я должна быть хорошей девочкой. И эти два дня, что он дал мне, я должна пережить. Тогда я вернусь домой, и обо всем спрошу у матери.

Сжимаю одеяло и тихо выдыхаю.

— Нет, — соглашаюсь с ним.

— Давай проясним прежде, чем ты надумаешь в своей головке все подряд, — замечаю, как Арсанов идёт в мою сторону. Поднимаю на него взгляд. Он останавливается возле кровати и смотрит на меня сверху вниз. — Я буду тебя трахать, да.

Холодный и липкий пот струится по спине.

А все из-за его бездушного тона.

— Но не круглые сутки подряд, — хмыкает. — Я люблю секс, но не настолько, чтобы доводить себя до того состояния, от которого от него может начать тошнить. И хоть это не относится к тебе…

Прерывается, прежде чем улыбнуться и выдать:

— Я все же люблю, когда я остаюсь немного голодным. Что же про остальное… Я не буду тираном и насильником в твоих глазах, если ты не бесишь меня. Не провоцируешь. А так…

Он улыбается пошлее.

— Я очень даже безобидный.

Мне хочется засмеяться ему в лицо. Но я держусь.

— Я поняла, — говорю прежде себе. — Можно я возьму у тебя футболку?

Не истерить и не вырываться у меня пока получается.

Но зря, я сказала про одежду. Его взгляд становится насмешливым. А я уже жду, что сейчас он скажет какую-нибудь дикость в виде — будешь ходить по моему дому так. Голой. Радовать ему глаз.

— Возьмёшь в шкафу, — отвечает и делает шаг назад. — Поторапливайся. Долго ждать не буду.

Он разворачивается ко мне спиной и выходит из комнаты. А я не знаю, как реагировать. Что это значит «долго ждать не буду»? Если я приду через полчаса, он что-то сделает?