Книга Его безумие, страница 45 – Эми Лия

Хорошо. Я сама понимала, что не время выяснять отношения, и припоминать все то гадкое, что я пережила. Нельзя злить зверя, который не пролил желанную кровь.

Нужно сосредоточиться. Что еще сказал отец? Кажется, Ворону пришло сообщение. То самое, что он не дал мне прочесть. Значит он уже тогда узнал, что Марк едет.

Кто-то сообщил Марову о том, что в нашем доме Кир. Значит, мой звонок ни на что не влиял. Но главное, я позвонила! Я позвала его, и на это следует давить, когда Марк решит, что пришло время выяснить все детали моего побега с его ребёнком.

С нашим ребёнком. Нет. С моим!

Нельзя показывать слабость. Такие как Марк, легко её чувствуют и ударят, как поймут, что я стою не крепко на ногах и даю слабину.

— Я вижу как ты рад, старик. — рычаг Марк, все еще держа меня за своей спиной, не давая зайти. — Что даже её от меня спрятал. Решил я не найду вас в другой стране? Напрасно.

— У меня не было выбора. Я должен был защитить дочь от тебя. Ты был не в себе, вспомни? Все рвал и метал. Искал её, грозясь уничтожить всех и каждого. Но если бы нашел, что бы сделал? Принудил быть с тобой против её воли? А она каждый день делила бы постель с насильником? Вы оба измучали друг друга. Вам нужна была пауза. Перерыв. Чтобы вы смогли перевести дыхание и взглянуть на друг друга по-новому.

Марк отпустил меня и я только сейчас поняла, что все это время не касалась пятками пола. Он подошёл к отцу, оперся своими огромными руками на кресло папы и склонился над ним, так, чтобы быть с ним на одном уровне.

— Ты слишком часто суешь свой ебучий нос не в своё дело. Думаешь я остыл, успокоился? Будешь ли ты столь уверен в этом и дальше, когда я буду вдалбливаться в тело твоей дочери, выбивая её болезненные стоны, пока ты здесь будешь попивать чаек и рассуждать о нашей жизни? — у меня от его слов по спине побежал холодок.

Он блефует. Марк подонок, но не насильник. В голове всплыли кадры его загородного дома, и я, разложенная на кушетке, придавленная тяжестью его тела.

Нет. Нужно верить, что он остановился бы сам. Он бы это сделал!

Отец тревожно отодвинулся, перебирая в руках колеса. Быть лицом к лицу с Марком то еще испытание, которое выдержать дано не каждому.

— Алинка любит тебя. У вас общий ребенок. Такую семью ты хочешь для себя? Запуганную жену и забитую дочь? Будь примером для них. Защити, а не изувечивай.

Восприняв равнодушный взгляд Марка как согласие, отец обогнул его по дуге и остановился около окна, вглядываясь в сумрак, залито дождем стекла.

— Не стой столбом. Познакомь его с дочерью.

Все внутри меня противились этому. Сделать это, значит признать его частью нас, а я…

Ух… тяжёлый вздох, под который хищно повернулся ко мне Маров.

Он выжидательную смотрит, а я… хочу закатить скандал. Выгнать его и запретить возвращаться.

В глазах Марка плясали черти. Он будто разделал меня на куски, с особой жестокостью отделяя куски плоти и с жестоким интересом наблюдал за моими движениями, непроизвольно опуская взгляд ниже, жадно осматривая мою фигуру.

— Идем.

Он не сопротивляется. Хоть продолжал злиться, что не успел поквитаться с Вороном. Его побег и мне показался странным, но я до сих пор не могу представить, что бы сделал, если бы они устроили стрельбу в моем доме и моя маленькая дочка в раннем возрасте, стала свидетелем стольких преступлений.