Книга Отец подруги. Наш секрет, страница 58 – Адалин Черно, Вероника Касс

Или это я гулко дышу? Я снова не понимаю. Все так сильно смешалось.

— Аксинья, — шепчу я, и только тогда Дамир отходит от меня.

Открывает дверь, я же оглядываюсь в поиске Ксю. В коридоре сестры не видно.

Странно, что она не вышла на звук звонка. Неужели она видела случившееся и потому притаилась. Хлопает дверь, я оборачиваюсь — в руках у Дамира два больших пакета. Поднимаю взгляд выше и на меня опять находит ступор. Я попадаю в плен темного взгляда. В котором бушует животное желание. Я кожей ощущаю его силу. И… наверное, оно должно было бы меня напугать, но меня наоборот они воодушевляет. Я хочу Дамира не меньше.

Звук слива из туалета приводит меня в себя. Я облегченно прикрываю глаза. Сестра ничего не могла увидеть — она отлучилась по нужде. Слава богу!

Когда я открываю глаза Дамира в коридоре больше нет. Я какое-то время еще стою, выравниваю дыхание и только затем делаю шаг в сторону кухни. Тут же останавливаюсь. Босоножки. Я так их и не сняла. Успела только расстегнуть замочки, а потом…

Выдыхаю, медленно-медленно, чтобы хоть как-то взять себя в руки. Скидываю обувь и иду на кухню. Аксинья уже там. Разбирает вместе с Дамиром продукты.

Может я умерла и попала в рай?

Или это какой-то другой Дамир? Брат близнец того человека, который отправляет беременных от него девушек на аборты. Двойник того, кто убивает собственных детей. Пускай в зародыше, но все же…

Разве может человек погубивший столько маленьких жизней, быть таким приветливым и открытым с Аксиньей? Так ласково ей улыбаться. Шутить и поддаваться на ее уловки и манипуляции?

Разве такое вообще возможно?

Или все потому что она не его ребенок?

И с чужими он общаться горазд, а именно своих не хочет? Что же у него творится в голове?

— Вот, вы чистите картошку. Я порежу грибы, а мясо на Тае, — весело командует Аксинья, когда продукты грубой лежат на столе.

— Когда вырастешь, будешь хорошим управленцем, — говорит Дамир со смешком, а после смотрит на меня, словно чего-то ожидая.

Но чего? Чтобы я его спасла?

После того что было в коридоре, кто бы меня спас!

— Аксинья, мы не знаем умеет ли дядя Дамир чистить картошку, поэтому лучше…

— А такое бывает? — ахает сестра. — бывает, что кто-то не умеет чистить картошку?

Взгляд Дамира становится вовсе беспомощным. Не может того быть.

— Дядя Дамир?

— Дамир? — вторю я ей, потому что удивлена не меньше ее. — ты правда не умеешь чистить картошку?

Присутствие Дамира на кухне делает ее в разы меньше реальных размеров. Куда не повернись, везде он и его взгляд, а иногда и присутствие, учитывая, что он, вроде как помогает готовить запеканку.

Если бы еще час назад мне кто-нибудь сказал, что Дамир будет этим заниматься, я бы покрутила пальцем у виска. Но теперь… глядя на его выверенные движения при нарезке помидор, я понимаю, что еще многого о нем не знаю.

Что я вообще знаю? Что он безумно богат, что у него есть взрослая дочь, в которой он души не чает, и что он отправляет на аборт толпы беременных от него девушек. Вот и все. Хотя нет, не все. Я знаю, что у него есть загородный дом, в котором экономят электричество и используют свечи. Что иногда он может быть опасным и жестоким.

А еще то, что где-то глубоко внутри него живет другой Дамир. Тот, который прямо сейчас улыбается Аксинье и смеется над какой-то ее шуткой. И я не могу понять, какая из этих ипостасей его реальная. Или они все? Просто чтобы получить ту толику тепла, которую он дарит Ульяне и Аксинье нужно быть не той, которая пробралась к нему в постель.