Книга Отец подруги. Наш секрет, страница 59 – Адалин Черно, Вероника Касс

Я отворачиваюсь и проверяю запеканку, которая уже должна быть готова. Помидоры, которые нарезает Дамир — последний штрих для незамысловатого салата.

— Готово! — сообщаю, как мне кажется, слишком громко.

Но все потому что я нервничаю. Достаю запеканку, ставлю ее в центр стола на досточку. Не уверена, что Дамир ест что-нибудь подобное. Наверняка, он привык питаться в ресторанах или есть то, что готовит кухарка в их доме, но даже там такие блюда, названия которых я не всегда знаю.

Достаю тарелки, которые, к счастью, были в квартире, расставляю вилки и накладываю запеканку единственной ложкой, которая оказалась здесь же. Вообще, в квартирах на долгосрочную сдачу обычно не бывает посуды, но здесь была и форма для запекания, и кастрюля, и даже сковородка. В других обстоятельствах я бы не использовала все это и купила новое, но сегодня все пошло не по плану, так что за покупками с сестрой мы отправимся завтра.

Ужин проходит в беспрерывной болтовне Ксю. Она рассказывает о жизни в детском доме, которая вопреки моим ожиданиям, была не такой уж и плохой. Она успела подружиться с несколькими девочками, вступить в перепалку с воспитательницей и получить наказание. Но несмотря на это сестра выглядит вполне счастливой и воспринимает свое пребывание там, как приключение, чего нельзя сказать обо мне. Каждое ее слово — ножом по сердцу. Чувство вины расползается во мне, как смертельный яд. Если бы я только лучше за ней присматривала, ничего этого бы не было.

— Так что я бы хотела проведывать Лизу и Нину. Иногда. Если сестра согласится, — заключает Ксю, отправляя в себя последнюю ложку запеканки.

Конечно, она все это рассказывает Дамиру. На меня сестра практически не смотрит, переключив все внимание на него. Наверное, ей все же очень сильно не хватает крепкого отцовского плеча, за которым бы она чувствовала себя защищенной. Впрочем, мне тоже его не хватает. Но если в случае с Ксю это хотя бы понятно, то в моем…

Мой отец просто не захотел иметь дело с Дамиром. Испугался за нынешнюю семью и спрятался, словно в коконе. А вот сын его, который, между прочим, старше меня, не испугался. И даже радует, что у такого нерешительного и трусливого человека выросли такие дети, как мы с Кириллом.

— Кажется, кому-то пора в кровать, — говорит Дамир Аксинье, но она упрямо, хоть и сонно мотает головой, а затем и вовсе утаскивает его на диван, где продолжает болтать.

Я же остаюсь на месте. Собираю и мою посуду, накрываю запеканку полотеничком, а когда все заканчиваю, понимаю, что в квартире стало слишком тихо. Не слышен бесконечный щебет Аксиньи, да и нет их больше не диване. Удивительно, но во мне ни одной тревожной мысли не проскальзывает. Почему-то, несмотря на не самые радужные характеристики Дамира, я ему доверяю. Знаю, что ничего плохого он сестре не сделает. Мне — возможно, но вот ей…

И все же я пробираюсь на цыпочках вглубь квартиры. Остановившись у приоткрытой двери комнаты Ксю вижу, как Дамир укладывает ее в кровать, как укрывает одеялом и зажигает ночник. Такая забота поражает и неожиданно нагоняет слез.

Чтобы не быть застигнутой с поличными, быстро иду в ванную. Включаю в раковине воду, смачиваю глаза и закусываю губу. Я бы очень хотела, чтобы Дамир был таким для нашего ребенка. Чтобы вместо клиники, куда он обычно возит всех своих беременных девушек, он отвез меня к хорошему врачу, настоял на обследовании и хоть чуточку обрадовался тому, что у нас будет ребенок. Но я живу реальностью. Такого, конечно же, не будет. Я осознаю, что не особенная. Такая же, как и десятки других девушек, что были у него.