Книга Отец подруги. Наш секрет, страница 60 – Адалин Черно, Вероника Касс

Случайно уронив на пол зубную пасту, наклоняюсь, чтобы поднять ее, а когда расправляю плечи, замечаю в зеркале Дамира. Он стоит позади. Совсем рядом. Я даже не слышала, как он вошел, а главное, зачем…

Я поворачиваюсь. Сталкиваю с ним взглядом. Лицом к лицу. Сглатываю и оказываюсь впечатана в стену слева. Легко и быстро, словно мне у этой стены самое место. А ему… ему самое место рядом со мной. Здесь, в совершенно крохотной ванной, где только мы и помещаемся, он смотрится одновременно и чужеродно и правильно. Я вскидываю голову, заглядываю в глаза и сталкиваюсь с горящим пламенем во взгляде. Оно обжигает и будоражит.

Я замираю, стоит Дамиру приблизиться. Его лицо оказывается в сантиметре от моего, а взгляд тяжело блуждает по губам. Так, словно он собирается их съесть, а не… поцеловать? Едва его губы касаются моих, я замираю. Задерживаю дыхание, шокировано прижимаю руки к своей груди, словно собираясь защищаться.

Дамир прикусывает мою губу. Легко, но ощутимо. Между ног становится горячо и влажно. Я сглатываю и выдыхаю прежде, чем Дамир набрасывается на мой рот снова. Дико, необузданно, желанно и запретно одновременно. Я не отвечаю. Точнее, все случается так неожиданно, что я попросту не могу этого сделать, а когда капелька здравого смысла ко мне возвращается, я даже пытаюсь сопротивляться. Выставляю кулачки, осыпаю ими его грудь, чтобы оттолкнуть, но Дамир перехватывает мои руки, убирает от себя, подавляя сопротивление и целуя снова. В щеку, в шею, в губы. Его язык проникает мне в рот, руки забираются под одежду, и я…

Я что, собираюсь сдаться?

— Дамир, — отворачиваюсь и пытаюсь его оттолкнуть, но у меня ничего не выходит, потому что он перехватывает мои руки и подавляет сопротивление. Снова.

Целует в шею, скользит влажным языком по щеке и вновь впивается в губы. Я лишь охаю, когда он подхватывает меня под ягодицы и вдавливает в стену. Несильно, но достаточно для того, чтобы я оказалась зажатой между его горячим телом и холодной плиткой ванны. Она, к слову, ни капли не остужает. Мысли путаются, а во рту пересыхает, как в пустыне.

Еще час назад я и представить не могла, что вечер закончится в крохотной ванной комнате наедине с Дамиром. Мне и в голову не пришло бы, что он может захотеть со мной уединиться. Все это время он лишь давал понять мне, что я для него — назойливая подруга его дочери, умудрившаяся каким-то образом пробраться еще и в его постель. Или, скорее, наоборот — надоедливая девица, что втерлась в доверие его дочери, чтобы подобраться к нему поближе.

Я знаю, что уже сдалась, но упрямо делаю попытки сопротивляться, пока вместо них не обхватываю Дамира за шею и не притягиваю ближе, не отвечаю на поцелуй со всей страстью, на которую только способна. Уловив мою капитуляцию, Дамир пересаживает меня на стиральную машинку. Задирает футболку, исследует ладонями оголенные участки кожи.

Я больше не пытаюсь поговорить и сопротивляться. Вместо этого — тянусь руками к его рубашке и расстегиваю мелкие пуговички. Одна за другой, пока не дохожу до последней, с которой не могу справиться. Дамир перехватывает инициативу, дергает полы рубашки в сторону и просто с силой отрывает пуговицу и стаскивает ткань с плеч. Следом летит моя футболка, поспешно снятая им.