Книга Беда майора Волкова, страница 14 – Ника Оболенская

Нежная кожа, исколотая щетиной, горит, но мне этого мало.

Я вновь и вновь погружаюсь в свои ощущения: его губы неожиданно мягкие; язык хранит привкус кофе, и я нахожу этот вкус приятным; движения умелые, напористые заставляют мелко-мелко дрожать тело.

Я будто струна, которая вот-вот лопнет от напряжения.

И я закручиваю с каждым оборотом невидимого колка эту струну сильнее…

Пока не раздается неслышное — дзынь! — и я тону в своем помешательстве.

Мои ладони будто сами по себе гладят широкие плечи, сами зарываются в ежик волос, и сами тянут ближе… еще ближе… еще!

Не знаю в какой момент я оказываюсь верхом на Волкове, но его руки уже остервенело жмут ягодицы, вырывая из меня полустоны-полувсхлипы. Трусь промежностью о ширинку его джинсов, ощущая ответные толчки.

Безумие!

Но мне так нравится, что я стараюсь продлить это чувство. Ерзая сильнее, целуя глубже, вжимаясь в ощутимый бугор и едва не постанывая от накатывающей разрядки.

Мне… мне еще чуть-чуть… еще немножко.

Но сил нет просить. Только чувствовать взаимное влечение.

Когда Волков, оторвавшись от моих искусанных губ, задирает на мне майку и прикусывает сосок, прихожу на секунду в себя.

Боже, мне так хорошо, что руки сами тянутся к поясу его джинсов.

Хочу продолжить, хочу получить весь спектр сумасшествия.

Моя ладонь на его эрекции, моя грудь искусана, а я вдруг с ужасом понимаю: «Еще пара минут, и мы тряхнемся прямо здесь. С утреца пораньше порадуем всех соседей…»

Мысль отрезвляет настолько, что я застываю в руках Волкова.

Почувствовав перемену, Кэп отстраняется от меня.

В тишине машины слышно наше загнанное дыхание. Смотрю в шалые зеленые глаза, прекрасно понимая, что в моих он читает то же самое. Безумие, похоть, желание…

Мы будто слетели с привычных орбит и нас несет в открытый космос.

— Больше так не дела й, Яна… Владимировна. Я не железный. — Волков поправляет на мне майку, и это будто становится сигналом.

Перелезаю молча на пассажирское сидение и нащупываю кроссовки. Пока я обуваюсь, Андрей хранит молчание.

Да и о чем говорить? Ну пососались, с кем не бывает. Ну поерзала по капитанскому члену, тоже не смертельно. Кошусь на бугор, вздыбливающий ширинку, и сглатываю слюну. Сколько у меня уже не было секса?

— Спасибо, что подвез, — выдавливаю из себя, под тяжелым обжигающим взглядом Волкова.

Шиза.

Выбираюсь из тачки, и все же наклоняюсь к окну.

— Хорошо, что ты не железный. Мое предложение выпить кофе в силе еще полчаса, номер квартиры 248, этаж тринадцатый.

Хлопнув дверью иду к подъезду. Я прислушиваюсь, в надежде услышать ответный хлопок водительской двери, но утро безмятежно и тихо.

Что ж, возможно, я поспешила с этой авантюрой.

Яна

Нашарив запасной ключ за щитком, радуюсь, что додумалась там хранить вторую связку. Кроме брелока от тачки и телефона у меня ничего с собой нет, всё осталось в бардачке машины, до сих пор припаркованной у дома бывшего.

Вспомнив о Паше, касаюсь припухших губ и вдруг ловлю себя на хулиганской мысли, что теперь спустя семь лет «игр в верность» мне есть с кем сравнить. И сравнение явно не в его пользу.

Дикарь Волков со своими ручищами, оскалом и каменным сердцем зажег во мне пожар за секунду, с Пашей же в последнее время я чувствовала себя замороженной рыбой.