Книга Миниатюра в стиле жизни, страница 13 – Ирина Давыдова

Я присел рядом и принялся кушать из тарелки, приготовленной для меня заранее, и, признаться честно, я мог предполагать, что будет вкусно, но, чтобы так, что мне понравится, так же, как и у моей мамы, я не ожидал. Нужно срочно жениться на этой малышке, улыбнулся я сам себе.

Когда я в очередной раз набрал ложку борща, Егорка протянул на ладошке кусочек мяса, который явно достал со своей тарелки.

— У меня уже был один кусочек, а этот — тебе. Угощайся, — предложил малыш, а у меня отняло дар речи. Он говорил это искренне, с по-детски наивным личиком и теплым взглядом, отражающим искреннюю заботу. Господи, если ребенок так добр, то почему родители — мрази? Как у них могло родиться такое счастье?

— Спасибо, парень, — я улыбнулся ему и подмигнул, приняв кусочек мяса из его ручки.

Разве можно отказать этим ангельским глазам? Так я думал, пока не произошло следующее, а именно: в одно мгновение ко мне в тарелку прилетает котлета, и остатки содержимого красными брызгами оседает мне на белоснежную рубашку и местами на лицо. Если малыш и решил поиграть, то явно не рассчитывал меня обрызгивать, и, заметив сложившуюся ситуацию, как котенок, сжался, и в прямом смысле прилип к Ире, опустив глаза в тарелку, и мне казалось, что он вот-вот расплачется, от чего мое сердце сжалось точно так же, как и этот человечек.

Я поднял взгляд на девушку, которая огромными испуганными глазами смотрела на меня, наверное, не зная, как поступить в сложившейся ситуации. Она что, серьезно думает, что я буду ругать Егора за какой-то испорченный кусок ткани?

Чтобы разрядить обстановку, я улыбнулся. Ира, заметив мое спокойное состояние, тоже немного расслабилась, и мы вместе с ней рассмеялись. Малыш сразу же успокоился и, подняв голову, тоже залился смехом, наполняя нашу маленькую кухню своим детским теплом. Нашу… Сейчас мы — словно счастливая семья, которая наслаждается поздним ужином и обществом друг друга, и как бы мне хотелось, чтобы это было правдой.

Позже я вызвался уложить спать Егорку, а Милаша осталась мыть посуду и попросила оставить рубашку, чтобы она могла ее застирать, хотя вероятность спасти вещь была равна нулю. Ребенок поначалу немного поворочался в постели, но потом я вспомнил какую-то сказку из глубокого детства и поведал ему о ней, после чего мальчик спокойно уснул.

Глядя на ребенка, спокойно спящего среди подушек и одеяла, я все отчетливее понимал, как безумно хочу себе семью, в которой вот так же буду укладывать сына или дочь спать, а после этого идти в спальню к любимой, и засыпать с ней рядом. Или не просто засыпать. Ира. Она именно такая женщина, о которой я мечтал.

Еще немного посидев около паренька, я, удостоверившись, что он укрыт и не упадет с дивана, прикрыл дверь, оставив лишь небольшую щель, на случай, если Егор проснется и пойдет на поиски взрослых, а по свету ему будет проще нас найти, пошел в кухню к хозяйке.

Ира стояла у мойки и домывала последнюю тарелку, при этом ее голова была склонена, явно указывая на ее усталость и задумчивость.

— Егорка уснул, — негромко сказал я. Девушка замерла и кивнула, а когда выключила кран, руками уперлась в столешницу, все так же, не поднимая головы. — Расскажи мне о нем, — попросил я, ведь мне действительно было важно знать о жизни маленького человека, занявшего в сердце Иры, наверное, первое место.