Книга Миниатюра в стиле жизни, страница 15 – Ирина Давыдова

У меня же в паху заныло от близости желанной девушки, но я не спешил, давая возможность ей выбирать, к тому же, мой затуманенный страстью мозг понимал, что за стеной спит ребенок, который в любой момент может войти к нам.

Я почувствовал, как по моим плечам засеменили пальчики Милаши, и она не больно меня царапнула ноготками, скользя вверх, и перемещая руки на спину, при этом вставая на носочки, чтобы ей было удобно дотянуться туда, куда держит свой путь. Я же решил помочь девочке, хватая ее под попку и заставляя обвить своими ножками меня за талию. Господи, я сквозь одежду чувствовал ее жар, хотя и сам — не лучше, стою со стояком, упираясь ей прямо между ножек.

Вернув руки ей на лицо, слегка отстранился, чтобы поцеловать щеки и нежную шею, когда услышал ее разочарованный стон, говорящий, чтобы я вернул свои губы на место. Я же улыбнулся на ее реакцию и открыл глаза, которые, как оказалось, все это время были закрыты, и просто смотрел на Иру, которая находилась сейчас явно не на этой планете.

Судорожное дыхание и легкое дрожание манящего тела не придавали мне выдержки, но выбора не было, нам стоило остановиться, чтобы, в случае чего, не напугать Егорку. Я тыльной стороной ладони провел по ее щеке, отчего малышка повернула голову, прижимаясь к руке, а я снова улыбнулся ее реакции и большим пальцем коснулся родинки над ее верхней губой. Ира открыла глаза и, едва повернувшись, поцеловала мой палец, я же только сжал зубы, чтобы не зарычать от удовольствия, которое пронеслось по всему телу от этого невинного касания.

— Нам нужно остановиться, Егор спит за стеной, — пояснил я свое поведение, убирая все той же рукой волосы с ее лба.

— Прости меня за сегодняшнее поведение в подъезде, просто мне кажется, я всей душой чувствую малыша.

Я лишь кивнул на ее слова, прекрасно понимая, как чувства, так и поведение Иры, ведь этот ребенок даже меня не смог оставить равнодушным, притом, что знаю его пару часов.

Продолжая держать Милашу на руках, я отнес ее в комнату и уложил на диван к Егорке, так же заботливо укрывая одеялом.

— Отдыхайте, родные мои, я в кресле устроюсь, — пояснил я, и отправился в кухню, чтобы сделать несколько важных звонков. А когда вернулся в комнату, заметил, как мальчик доверчиво прижимается к своей Ирочке, и она крепко обнимает ребенка, защищая даже во сне этого маленького человечка, который приносит так много счастья.

Часть третья

Проснулась я от нежного поглаживания маленькой ладошки по своей щеке. Открыв глаза, увидела теплую улыбку ребенка и, тут же прильнув к нему, крепко обняла, тем самым желая доброго утра. Как бы мне хотелось забрать Егорку к себе и каждый день видеть его счастливую улыбку, дарить ему свои любовь и заботу, и быть для него мамой. Как же мне этого хотелось…

— Ивочка, — вывел меня из раздумий голос малыша.

— Да, дорогой мой.

— Ты сейчас отведешь меня к нему, да? — прозвучавшие слова резанули меня, словно по живому, а я лишь крепче обняла ребенка и тяжело вздохнула.

— Как бы мне этого не хотелось…

— Я тебе уже надоел?

— Не говори так, слышишь, не говори! — потребовала я, глядя в детские глаза, и сама утопая в боли. У меня нет возможности помочь ему, просто нет!

— Забели меня к себе, Ивочка. А я буду тебя мамой называть и помогать буду во всем, в чем скажешь, только забели, — его слова раз за разом били меня, не щадя, били от безысходности, били от жалости к этому ни в чем не повинному ребенку.